— Да нет, мы только что приехали.
— Командир их привел. Лебедь зовут. Против приказа пошел.
— Ну и дела! — Митя покачал головой. — Отчаянные парни.
— Это точно, им ведь теперь, если что, трибунал светит за нарушение присяги. Вы телик-то хоть вчера смотрели?
— Нет, а что?
Митя искоса взглянул на Лику, возвращая ее этим взглядом в прошлую ночь. Она ответила лукавой улыбкой. Глаза ее мягко засветились. Какой там телевизор!
— Э-хм, — смущенно кашлянул парень, от которого не укрылся их безмолвный разговор. — Вчера в программе «Время», говорят, сюжетец про нас проскочил. Каким чудом, непонятно. Ельцин на танк забрался, речь говорил. Я подумал, может, вы меня видели. Я совсем рядом стоял.
— Так ты давно здесь?
— С самого начала.
— Нет, к сожалению, не видели. — Лика виновато развела руками. — Наверное, неспроста его показали, как ты думаешь? Может, там что-то сдвинулось?
— Хорошо бы.
— Слушай, а как здесь все организовано? — поинтересовалась Лика.
— Да так, в основном само собой. Разбиваемся на пятерки, десятки. Человек тут один этим занимается, с бородой Витей зовут. Недавно противогазы раздавали. Все ждут газовой атаки. Вы прибивайтесь к нам, так и разберетесь. Еду привезли?
Лика протянула ему пластиковый пакет.
— Приберегите пока, пригодится. Кто знает, сколько еще тут…
— Да ты бери, — сказала Лика. — Голодный, наверное.
— Не-а, я уже поел. Кооператоры подкармливают, из Дома приносят. Солдатиков вообще кормят наперебой, они уж у себя в казармах отвыкли, поли, от такой пиши. По-моему, все окрестные жители уже здесь отметились. Одна бабулька — вот умора! — даже суп в кастрюльке принесла.
— И что?
— А что? Выпили за милую душу. Вчера рванули сюда, никто о еде и не подумал.
Лика огляделась по сторонам. Стены Белого дома пестрели надписями: «Нас не запугаешь!», «Кошмар на улице Язова», «Забил заряд я в тушку Пуго». Народ самовыражался, как всегда.
Они устроились на ступеньках, около лохматого парня с гитарой.
— Поднявший меч на наш союз, — четко, как отбивая шаг, пел он, — достоин будет худшей кары.
— И я за жизнь его тогда не дам и самой ломаной гитары, — подхватили с десяток голосов.
Лика смотрела на строгие светлые лица, решительно расправленные плечи, высоко поднятые головы и чувствовала, как гордость поднимается в ней мощной ватной. Мы молоды, мы сильны, нас много, и никаким траченным молью гекачепистам нас не сломить. Она присоединилась к хору.
— Возьмемся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке!
К ним подошел мужичонка неопределенного возраста.
— Ребята, я выпить принес, — сказал он, пристраиваясь рядом.
Из-под полы пиджака, как по волшебству, возникли две поллитровки.
— Устали, поди, озябли. Вон, ветер какой, — приговаривал он.
Все как по команде повернулись к нему. Никто не проронил ни слова.






