ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Когда-то она была талантливой студенткой, упорно не желающей ответить на чувства тихого, скромного однокурсника… Теперь она — преуспевающая журналистка и мучительно одинокая женщина, весь смысл жизни которой — воспитание приемной дочери. Но однажды судьба дарит ей новую встречу с «несчастным поклонником юности» — с человеком, превратившимся за эти годы в НАСТОЯЩЕГО МУЖЧИНУ и по-прежнему В НЕЕ ВЛЮБЛЕННЫМ. Сумеет ли она ОСОЗНАТЬ хотя бы теперь, что, возможно, теряет счастье, посланное ей САМОЙ СУДЬБОЙ?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Да нет, мы только что приехали.

— Командир их привел. Лебедь зовут. Против приказа пошел.

— Ну и дела! — Митя покачал головой. — Отчаянные парни.

— Это точно, им ведь теперь, если что, трибунал светит за нарушение присяги. Вы телик-то хоть вчера смотрели?

— Нет, а что?

Митя искоса взглянул на Лику, возвращая ее этим взглядом в прошлую ночь. Она ответила лукавой улыбкой. Глаза ее мягко засветились. Какой там телевизор!

— Э-хм, — смущенно кашлянул парень, от которого не укрылся их безмолвный разговор. — Вчера в программе «Время», говорят, сюжетец про нас проскочил. Каким чудом, непонятно. Ельцин на танк забрался, речь говорил. Я подумал, может, вы меня видели. Я совсем рядом стоял.

— Так ты давно здесь?

— С самого начала.

— Нет, к сожалению, не видели. — Лика виновато развела руками. — Наверное, неспроста его показали, как ты думаешь? Может, там что-то сдвинулось?

— Хорошо бы.

— Слушай, а как здесь все организовано? — поинтересовалась Лика.

— Да так, в основном само собой. Разбиваемся на пятерки, десятки. Человек тут один этим занимается, с бородой Витей зовут. Недавно противогазы раздавали. Все ждут газовой атаки. Вы прибивайтесь к нам, так и разберетесь. Еду привезли?

Лика протянула ему пластиковый пакет.

— Приберегите пока, пригодится. Кто знает, сколько еще тут…

— Да ты бери, — сказала Лика. — Голодный, наверное.

— Не-а, я уже поел. Кооператоры подкармливают, из Дома приносят. Солдатиков вообще кормят наперебой, они уж у себя в казармах отвыкли, поли, от такой пиши. По-моему, все окрестные жители уже здесь отметились. Одна бабулька — вот умора! — даже суп в кастрюльке принесла.

— И что?

— А что? Выпили за милую душу. Вчера рванули сюда, никто о еде и не подумал.

Лика огляделась по сторонам. Стены Белого дома пестрели надписями: «Нас не запугаешь!», «Кошмар на улице Язова», «Забил заряд я в тушку Пуго». Народ самовыражался, как всегда.

Они устроились на ступеньках, около лохматого парня с гитарой.

— Поднявший меч на наш союз, — четко, как отбивая шаг, пел он, — достоин будет худшей кары.

— И я за жизнь его тогда не дам и самой ломаной гитары, — подхватили с десяток голосов.

Лика смотрела на строгие светлые лица, решительно расправленные плечи, высоко поднятые головы и чувствовала, как гордость поднимается в ней мощной ватной. Мы молоды, мы сильны, нас много, и никаким траченным молью гекачепистам нас не сломить. Она присоединилась к хору.

— Возьмемся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке!

К ним подошел мужичонка неопределенного возраста.

— Ребята, я выпить принес, — сказал он, пристраиваясь рядом.

Из-под полы пиджака, как по волшебству, возникли две поллитровки.

— Устали, поди, озябли. Вон, ветер какой, — приговаривал он.

Все как по команде повернулись к нему. Никто не проронил ни слова.