Она решительно подошла к ним и пришлепнула листовку на самом видном месте.
— Фью-ю-ю, — присвистнул высокий длинноволосый парень, видимо, главный у них. — Какая фря! За что агитируешь?
— Прочти, если еще не разучился, — бодро ответила Лика.
Он подошел поближе.
— «Демократия в опасности!» — прочел он. — И только-то. Прям, зарыдаем сейчас.
— Зарыдаешь как миленький, если все обломится, — парировала Лика. — Или забыл уже, как пионером был?
— Забыл не забыл, какая разница? Нам нее по фигу. Живем себе, никого не трогаем, никому не навязываемся.
— К вам навяжутся, если сами о себе не позаботитесь. Потом поздно будет. Все нормальные люди сейчас у Белого дома и за вас, между прочим, тоже жизнью рискуют. За таких, которым асе по фигу.
— А если ты такая сознательная, почему не там? — ехидно полюбопытствовал он.
— Все наши уже давно там, не беспокойся. А мы заблудших овец собираем. Может, и у вас что-нибудь прояснится в голове. Поймете, что нельзя всю жизнь за чужие спины прятаться.
— А ты меня не кантуй, — отрезал парень. — Я сам соображу, что мне делать.
— Вот и соображай. Я тебя за руку не тяну.
— Смотри, Милка, какой хорошенький! — послышался воркующий голос сзади. — И молоденький. Подгребай к нам, парень, мы тебе устроим ночь в алмазах, и всего за сто баксов. Или у тебя мамочка строгая, денег не даст.
— Да что ты, подруга, такому пупсику можно и скидку, — отозвалась другая девица. — Баксов за пятьдесят обслужим по полной программе.
— «Шлюхи», — подумал Штирлиц, — пробормотал Митя.
— «Штирлиц», — подумали шлюхи! — завопила в восторге одна из девиц, которую звали Милой. — Решайся. Максим Максимыч, не пожалеешь.
— Я, девочки, на работе, — рассудительно заметил Митя. — В другой раз непременно, не будь я штандартенфюрер!
Девицы прыснули. Лика незаметно ущипнула Митю за руку.
— Увлекаетесь, герр Штирлиц, — шепнула она.
«Странно, — мелькнуло у нее в голове. — Митя прикладывается и это, как всегда, забавно. И еще немного тревожно. Это для меня ново, — подумала Лика. — Какое мне, в конце концов, дело, с кем и как он шутит».
Она дернула его за рукав:
— Пошли, партайгеноссе.
Следующая листовка угнездилась около входа в метро. Они пошли по периметру станции, шлепая оставшиеся листовки на расстоянии метра друг от друга.
— Стоять! — послышатся вдруг громкий окрик. — Кто позволил…
Лика с Митей не стали дожидаться продолжения и бросились наутек. Сзади слышался свист, топот ног, нестройные крики и улюлюканье.
— Эй, менты! — прозвучал чей-то язвительный голос, кажется, того самого парня, которому все по фигу. — Вы бы лучше бандитов ловили.
— Ну да, размечтался, — ответил ему кто-то. — Бандит стрелять умеют.
Лика и Митя одним махом проскочили через темный двор нырнули под арку и оказались в другом дворе.






