ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эрин Хантер ПРОРОЧЕСТВО СИНЕЙ ЗВЕЗДЫ. ВЫБОР Глава I Было еще темно, когда Синегривка проснулась от острой боли, когтями раздиравшей ее желудок. Пошатываясь, она встала и побрела к поганому месту, ей было настолько плохо, что она не обратила внимания на доносившийся из детской тоненький писк. На обратном пути до Синегривки донеслись приглушенные голоса, успокаивающие плачущих котят. Темная тень скользнула по краю поляны. Приглядевшись, Синегривка узнала Розолапку, выбиравшуюся из палатки. — Привет! — шепотом окликнула ее Синегривка. Розолапка остановилась и обернулась, ее глаза сверкнули в темноте. Шерсть у нее была всклокочена, и выглядела она примерно также, как чувствовала себя Синегривка. — Иду на поганое место, — простонала Розолапка. — Живот болит? — спросила Синегривка. Розолапка страдальчески кивнула и добавила: — У Нежнолапки тоже. Должно быть, все дело в мыши, которую они вчера съели втроем. Синегривка вернулась в свою палатку и улеглась. Ей удалось ненадолго забыться, но острая боль не отпускала даже во сне. — Отодвинься! — оттолкнула ее Белогривка. — Ты меня всю ночь пихаешь! — Прости, — простонала Синегривка. — Живот разболелся. Белогривка тут же села и сонно уставилась на сестру. — Позвать Гусохвоста? Синегривка покачала головой. Живот скрутило с такой силой, что ей пришлось судорожно втягивать воздух после каждого слова. — Он… занят… с котятами. Белогривка, зевнув, снова улеглась на свою подстилку. — Растолкай меня, если передумаешь. Синегривка долго лежала в темноте, корчась от боли. Настойчивое желание снова посетить поганое место заставило ее выйти из палатки, и она, пошатываясь, побрела через поляну. Занимающееся утро разлило молоко рассвета над горизонтом, и тьма начала рассеиваться. Воздух был холодным, свежим и чистым, и Синегривка зябко поежилась.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пестролистая взмахнула хвостом, шерсть дыбом встала у нее на спине. Синяя Звезда насторожила уши, но не произнесла ни слова, внимательно следя за целительницей. Через несколько мгновений Пестролистая опустила голову и повернулась к предводительнице.

— Вот и послание от Звездного племени, — пробормотала она.

Глаза ее затуманились, и она отчетливо произнесла:

— «Только огонь спасет племя».

Синяя Звезда распушила хвост.

— Огонь? — она пристально всмотрелась в ясные голубые глаза целительницы.

— До сих пор ты никогда не ошибалась, Пестролистая. Значит, так оно и есть. Огонь спасет наше племя.

«Но как? И что за огонь?»

— Гусохвост когда-то сказал, что я буду этим огнем, — смущенно призналась она. Ей было неловко рассказывать Пестролистой об этом давнем пророчестве.

— Я знаю, — спокойно ответила целительница, глядя на Синюю Звезду ясными, немигающими глазами.

— Он был прав? — Синяя Звезда вся подалась вперед, едва сдерживая дрожь любопытства.

Может быть, все эти годы она следовала пустым словам безумца? Что если она напрасно пожертвовала своими детьми и счастьем?

— Ты спасла Грозовое племя от Остролапа. Если бы не ты, он утопил бы нас в крови. Ты много месяцев вела нас за собой, и все это время Грозовое племя было сильным и здоровым.

— А теперь я привела вас к поражению, — покачала головой Синяя Звезда. — Не очень-то это похоже на огонь, озаряющий собой весь лес!

— Нагретые Камни уже много раз переходили из лап в лапы, — пожала плечами Пестролапая.

— Но если я иду тем путем, который начертало мне Звездное племя, то почему предки снова заговорили об огне?

— Может быть, ты еще все не сделала, — предположила Пестролапая.

— Но что еще я могу сделать?

Прошел месяц, и Грозовое племя начало оправляться от поражения. Юные листья, наконец, прогнали стужу Голых деревьев. Лес вновь наполнился жизнью, деревья оделись зеленой дымкой, в траве и кустах снова зашуршала дичь.

Синяя Звезда и Буран неторопливо шли вдоль границы с территорией Двуногих.

— Ты помнишь Белогривку? — спросила Синяя Звезда.

Она часто думала о том, помнят ли ее Камень и Невидимка. Но если они и помнили что-то, то никогда не показывали этого во время Советов.

— Я помню ее запах и тепло ее бока, под которым я лежал, — ответил белоснежный воин. — Ты помогла мне сохранить эти воспоминания. От тебя пахнет так же, как от матери, а иногда — вот как сейчас! — ты так же шевелишь усами или взмахиваешь хвостом.

Синяя Звезда растроганно заурчала.

— А ты помнишь, как Когтишка все время втягивал тебя в разные неприятности, а потом убегал или сваливал вину на тебя?

— Да нет, нам было весело, — беспечно махнул хвостом Буран.

— А Чернушка и Снежинка выпрыгивали из шкур, лишь бы привлечь твое внимание. Чернушка однажды даже выдумала, будто лиса застряла на поганом месте.