ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эрин Хантер ПРОРОЧЕСТВО СИНЕЙ ЗВЕЗДЫ. ВЫБОР Глава I Было еще темно, когда Синегривка проснулась от острой боли, когтями раздиравшей ее желудок. Пошатываясь, она встала и побрела к поганому месту, ей было настолько плохо, что она не обратила внимания на доносившийся из детской тоненький писк. На обратном пути до Синегривки донеслись приглушенные голоса, успокаивающие плачущих котят. Темная тень скользнула по краю поляны. Приглядевшись, Синегривка узнала Розолапку, выбиравшуюся из палатки. — Привет! — шепотом окликнула ее Синегривка. Розолапка остановилась и обернулась, ее глаза сверкнули в темноте. Шерсть у нее была всклокочена, и выглядела она примерно также, как чувствовала себя Синегривка. — Иду на поганое место, — простонала Розолапка. — Живот болит? — спросила Синегривка. Розолапка страдальчески кивнула и добавила: — У Нежнолапки тоже. Должно быть, все дело в мыши, которую они вчера съели втроем. Синегривка вернулась в свою палатку и улеглась. Ей удалось ненадолго забыться, но острая боль не отпускала даже во сне. — Отодвинься! — оттолкнула ее Белогривка. — Ты меня всю ночь пихаешь! — Прости, — простонала Синегривка. — Живот разболелся. Белогривка тут же села и сонно уставилась на сестру. — Позвать Гусохвоста? Синегривка покачала головой. Живот скрутило с такой силой, что ей пришлось судорожно втягивать воздух после каждого слова. — Он… занят… с котятами. Белогривка, зевнув, снова улеглась на свою подстилку. — Растолкай меня, если передумаешь. Синегривка долго лежала в темноте, корчась от боли. Настойчивое желание снова посетить поганое место заставило ее выйти из палатки, и она, пошатываясь, побрела через поляну. Занимающееся утро разлило молоко рассвета над горизонтом, и тьма начала рассеиваться. Воздух был холодным, свежим и чистым, и Синегривка зябко поежилась.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Глава II

Миновало несколько рассветов. Однажды утром Синегривка подошла к Солнцесвету, умывавшемуся возле скалы и предложила:

— Я могу сходить в патрулирование.

Она специально выбрала момент, когда глашатай был один и еще не собирал племя, чтобы распределить дневные обязанности.

— В последнее время ты постоянно вызываешься в патрулирование. Боюсь, ты совсем забыла об охоте.

Синегривка промолчала. Она надеялась, что Солнцесвет не обратит внимание на это ее стремление, Синегривка делала это неспроста — ей хотелось обыскать территорию Двуногих и выследить там запахи Острозвезда. С недавних пор она неотступно следила за предводителем и всякий раз настораживалась, когда тот покидал пределы лагеря. Однако пока все ее старания были напрасны. Ей до сих пор не удалось обнаружить запах Острозвезда на территории Двуногих, и Синегривка стала сомневаться, не была ли вся эта некрасивая история с домашними плодом ее разыгравшегося воображения.

— Мне просто нравится патрулировать, — невозмутимо ответила она Солнцесвету. — Но если хочешь, я могу пойти поохотиться.

— Возможно, охота покажется тебе более интересной, если ты возглавишь охотничий патруль? — спросил Солнцесвет.

Синегривка насторожила уши.

— Я? Ой, а можно?

— Решено, — кивнул Солнцесвет и взмахнул хвостом, подзывая к себе воинов и оруженосцев.

Пока коты собирались, Синегривка не находила себе места от тревоги. Она еще никогда не возглавляла патруль. Сумеет ли она справиться с делом? Неужели сейчас ей самой придется решать, где охотиться, на какую дичь и как долго?

— Отличная погодка, — промурлыкал Змеезуб, подходя к глашатаю. Остролапник с готовностью бросился вперед, ему не терпелось как-нибудь отличиться, чтобы поскорее стать воителем. Другие воины и оруженосцы тоже потихоньку подтягивались к скале. Зарянка, только что покончившая с едой, облизывалась на ходу, а Рябинка деловито вылизывала грудку — она еще не успела закончить свое утреннее умывание.

И только Безух подошел один, без своей ученицы Нежнолапки. Вот уже три дня та лежала в своем гнездышке не в силах ни есть, ни шевелиться.

Алосветик перебралась в палатку оруженосцев, чтобы ни на миг не оставлять больную без присмотра.

Чтобы хоть чем-то себя занять, Безух без устали помогал Пятнистому тренировать Розолапку, так что рыжая ученица уже дважды с блеском выдержала испытания. Львинолап не находил себе места от зависти.

— Она станет воительницей раньше меня! — сокрушался он.

— Так ведь она и ученицей стала раньше тебя, — поддразнивала его Синегривка.

Она решила не расспрашивать Львинолапа об Острозвезде. Подозрения днем и ночью жгли ее изнутри, но приходилось считаться с очевидным: если ее опасения беспочвенны, Львинолапа оскорбит ее недоверие к предводителю.