ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ее платья – слишком облегающие, ее каблуки – слишком высокие. Она смеется чересчур громко, ест, позабыв о приличиях, а ее язычок такой острый, что не всякий рискнет перейти ей дорогу. Мало кто знает, что за маской уверенной в себе женщины прячется та, кто боится каждого шороха. Но на публике Джианна никогда не потеряет лица…по крайней мере, так она думала, пока не появился он. Многие видят в нем образцового поборника нравственности, агента спецслужб, стоящего на защите закона. В криминальном подполье Нью-Йорка, впрочем, его знают как мошенника и убийцу с характером холоднее, чем сердце в его груди. Кристиан Аллистер всегда следовал жизненному пути, который распланировал для себя с юных лет, проведенных под яркими лампами в промозглой, сырой тюремной камере. Благодаря склонности к порядку и фиксации на числе три ему еще ни разу не доводилось сбиваться с намеченного курса. Но, возможно, не стоит быть столь уверенным в своем будущем. Одной зимней ночью их судьбы переплетаются. Она ненавидит его – его холодные манеры, его заносчивость, его слишком внимательный взгляд. Но с годами их игры во взаимные оскорбления превращаются в привычку. В планах Кристиана никогда не было Джианны. Она – само воплощение хаоса, совсем не в его вкусе и замужем, но ничего из этого не мешает ему каждый раз провожать ее взглядом. И все это время она не знала, что принадлежит ему: она его безумие и его вдохновение. Его самая сумасшедшая одержимость.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Коротко, но собственнически, чтобы все вокруг знали, что Кристиан Аллистер трахает меня всеми возможными способами.

Мне показалось, что кто-то ахнул.

– Вау, – выдохнула Валентина, обмахиваясь Библией и глядя ему вслед. – Рассказывай.

Мое лицо пылало, а я сама пребывала в полнейшем ступоре от того, что он действительно это сделал. Может быть – очень может быть, – до этого я и смогла бы объяснить наше совместное присутствие тем, что привела ужасного грешника к Богу, но теперь этот вариант определенно отпадал.

– У нас должен был быть секс без обязательств, – пожаловалась я.

Вал кивнула.

– Многие люди приводят своих приятелей для потрахушек в церковь, ага.

– А можно, пожалуйста, сегодня контролировать свой сарказм хоть чуть-чуть? – Я потерла висок. – Мне кажется, я заболеваю. – Уже неделю чувствую себя так, словно со дня на день простужусь. Может, какая-нибудь упрямая кишечная инфекция.

– Окей, давай начнем с начала. Чья идея была заниматься сексом без обязательств?

– Его! А во мне нет ни капли самоуважения, так что я, разумеется, согласилась. Но теперь он берет меня с собой на вечеринки, заставляет спать в своей постели, не занимаясь со мной сексом, а теперь, – мой голос подскочил на октаву, – целует меня в церкви!

– Милая моя, – рассмеялась она. – Я уверена, тебя просто ослепила его неземная красота, но обязана сказать, его никогда не интересовал в тебе секс без обязательств. Кто угодно может с первого взгляда на него понять, что он тобой одержим.

Я нахмурилась.

– В смысле?

– Например, то, как он хитрым путем завел тебя в отношения.

– Он сделал что? Да он не стал бы… – Я осеклась, потому что нет, он как раз стал бы. – Но почему?

– Почему мужчины делают подобные вещи? Он, наверное, думал, что ты его отошьешь.

Я пожевала щеку.

– Я бы так и сделала.

Я запаниковала, когда он предложил вступить в отношения тогда в самолете, и теперь знала, что он заметил. Тогда я не была готова ни к чему серьезному. Да и до сих пор не была… ведь правда же? Неуверенность накрыла меня с головой. Я не хотела лишаться того, что у нас было, – от одной мысли об этом становилось плохо, – но мне было так некомфортно думать о том, чего он захочет от меня под конец.

– И что мне делать? – прошептала я.

– Ну он совершенно точно может тебя обрюхатить. – Она поджала губы, глядя на мою фигуру. – Если еще не. – Я закатила глаза. У меня не так давно были месячные. – Так что существует такая возможность. И честно говоря, меня он немного пугает. Он не станет тебя бить, ведь так?

– Нет. – Внезапно я поняла, что была уверена в этом больше всего на свете.

– Он тебе нравится?

Этот вопрос звучал так глупо в сравнении с тем, что я на самом деле чувствовала, думая о нем. Он меня волновал. Восхищал. Из-за него я чувствовала себя живее и счастливее, чем когда-либо в жизни.