ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Хоккей — это целый мир со своими правилами и железной дисциплиной. И женщинам здесь не место, или всё-таки?.. А если в жизнь вмешивается случай или причуда спонсора. Неожиданно, против воли сталкивает вместе совершенно разных, казалось бы, личностей: уверенную в себе женщину и отчаянного, волевого капитана команды. Что стоит за женской самодостаточностью и сколько стоит мечта, какой привкус у настоящего наслаждения и для чего нужны слова — лишь часть вопросов, на которые предстоит ответить героям. Черновик.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Не смей… Чуть не падая от усталости, она отшвырнула от себя веник и рухнула на скамейку. Ни гигиена, ни собственная внешность больше не волновали. «Любимая у меня одна» — фраза, услышать которую и не надеялась, а он… — Иногда, Андрей, лучше молчать. Вымоталась. Волосы прилипли к лицу, щеки разрумянились, а волнующе вздымающаяся грудь чуть не заставила Андрея забыть все свои планы. Залюбовался. Немного безумная, растрепанная, дерзкая — и это все его женщина. — Видела б ты сейчас себя… — Это ты во всем виноват! — заметив удивленный взгляд, Настя поспешила оправдаться. — Да нет. Мне как раз нравится. Так нравится, что сдержаться бы! — Таранов спрыгнул с полка. — Настя… — Не говори ни слова! — Я люблю тебя, — Андрей рывком заставил ее подняться на ноги и обнял. Молчание. Казалось, она даже не дышит. Ни слова, ни взгляда. Все тело в напряжении. — Давно надо было сказать, еще тогда, но… — тяжело вздохнул. — Не умею. Думал, все и так ясно, а когда ты не приехала… Проклятие! Не хотел бы я снова пережить подобное. Сказанное доходило до сознания медленно. Слова терялись, мысли путались. Настя невидящим взглядом смотрела перед собой, сквозь него, и боялась поверить. Он любит? И любил тогда? Несмотря на все трудности: ее проблемы, ее страхи, ее возраст. Был рядом не из-за удобства и комфорта, а потому что любил. — Это ничего не меняет. Осенью тебе придется вернуться, а я не смогу… — прошептала, зажмурив глаза, чтобы удержать слезы. Привычные опасения выстроились плотной стеной между желанной и привычной реальностью. Она попыталась спрятать лицо в ладонях, но Андрей не позволил. Удержал. — Я никуда не поеду. Это решенный вопрос. — Как? — Так. Контракта больше нет. Расторг. — Но ведь… — Настя попыталась вывернуться. Внутри все протестовало. Не верилось. — Не получается у меня без тебя жить нормально, — провел большими пальцами по ее губам. Целовать не решился. Рано. — Пробовал. Не выходит. — Андрей… А если и со мной не выйдет? — У меня или у тебя не выйдет? — Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю! — ладонями уперлась в мужскую грудь, толкнула. — Ну, если у тебя не получится… — он крутанул ее вокруг оси и, спиной прижав к себе, на ухо прошептал, — разведешься. Хотя… Никуда я тебя не отпущу. Моя! — Ты сумасшедший. — А вот с этим тебе придется смириться, — и пока она не успела сказать еще какую-нибудь глупость, подхватил на руки и бережно уложил на полке. — Все, предлагаю перейти от теории к практике. Роли сменились. Таранов поддал жару и взялся за веник. Медленно продвигаясь от ног к плечам, он принялся по-настоящему и основательно парить свою недоверчивую драгоценную женщину. Никто никуда не спешил. Веник ритмично поднимался и опускался на разгоряченную кожу, словно разгонял ненужные мысли и прежние страхи.