Это было 30 августа, как раз через два дня после дня моего рождения, который я отметил посиделками в «Винчестере» и на который получил единственный подарок, разумеется, от Марины: подсвечник в виде странной африканской маски, глаза которой светились в темноте огненными всполохами горящей за маской свечи. Но было еще одно обстоятельство: информация о той девушке, растерзанной в Юсуповском саду по дороге домой из ночного клуба, пришла мне с того же адреса электронной почты, что и нынешнее письмо. . Ничего не говорящее имя. Безликий ящик. Никакой подписи. Первый раз от этого адресата я получил сообщение весной – это был очень хороший заказ, насколько вообще слово «хороший» уместно в подобных случаях. Глубокая ночь, автомобильная авария, изуродованный до неузнаваемости «Aston Martin», вылетевший с Приморского шоссе и подобно снаряду протаранивший рекламный щит. Тогда я был на месте минут через десять после прибытия нарядов дорожной полиции и за восемь минут до карет «Скорой помощи». Помню, как подумал о том, что мой анонимный информатор, скорее всего, принадлежит к правоохранительным органам, а не к медицинским службам. Я не стал ломать над этим голову и просто спокойно послал причитающуюся в таких случаях долю моего гонорара на указанный электронный кошелек. Вторым сообщением была информация о несчастной девушке, погибшей августовской ночью. На этот раз письмо пришло позже, и я приехал домой по указанному адресу, в самое средоточие скорби и горя. В обоих случаях неизвестный адресат четко указывал всю необходимую информацию: место, адреса, контактную информацию. И только сейчас ограничился просто именем. Потому что был уверен, что я пойму. Именно эта лаконичность не давала мне покоя. Кто бы ни писал эти письма, он меня знал, причем знал слишком хорошо. Я попробовал было проверить IP-адрес, который ожидаемо оказался австралийским. Мои способности к добыванию информации в Интернете более чем скромны, поэтому я сделал еще один звонок и попросил максимально точно установить, откуда выходил в Сеть неизвестный мне адресат. Примерно полчаса назад мне ответили. Среди тьмы непонятных терминов и неизвестных слов, которые я выслушивал в течение добрых пятнадцати минут, мне удалось уловить следующее: анонимный информатор приложил немало усилий, чтобы оставаться таковым и впредь, а его IP постоянно менялся, уводя то в Новый Свет, то в старую Европу. Впрочем, на настоящий момент я мог позволить себе на время перестать думать над этой загадкой. Убийцей мой неизвестный доброжелатель точно не был. А мне нужны были убийцы: и тот, кто рубил и кромсал тело Марины, и те, кто направлял его руку. И для этого мне нужна помощь Алины и та информация, которую ей удалось раздобыть за этот день.

Об этой истории
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Петербург. Загадочный и мрачный, временами безжалостный и надменный, взирающий на суету мира живых с холодной чопорностью мертвеца. Этот город потрясает, завораживает и непрестанно пожирает человеческие жизни, превращая людей в призраков, а призраков делая похожими на людей. ... За его парадным фасадом в обветшавших коммунальных квартирах, среди лабиринтов серых улиц, в гулких недрах хмурых подъездов и колодцах дворов скрываются сумасшедшие гении, адепты древних культов, извращенцы, лидеры тайных организаций… и ядовитое нечто, не постижимое здравым рассудком. И каждое новолуние в этом городе происходят жестокие убийства молодых женщин. Но зловещий ночной потрошитель – лишь звено в багрово-красной цепи демонических страстей, безумия и одиночества, удавкой протянувшейся сквозь пространство и время из мрака средневековых легенд… От автора: «Красные Цепи» – аттракцион из невероятных, страшноватых, но захватывающих развлечений: тут можно гулять в старом парке среди ветшающих особняков, защищать с мечом в руках средневековый замок, поиграть в частного детектива и попытаться спасти «леди в беде», палить из дробовика по зомби, читать таинственные манускрипты, поучаствовать в ураганных перестрелках с бандитами и заблудиться меж призраков и теней прошлого в лабиринте мрачных петербургских дворов. Книга приглашает читателя на постмодернистский карнавал масскульта девяностых и нулевых с вампирами, попсовой мистикой, «Секретными материалами», фильмами Тима Бартона и Романа Полански, ночными клубами и пьющим интеллектуалом-мизантропом с данными супермена в качестве главного героя. До сих пор этот невероятный литературный коктейль остается самым популярным из моих романов и охватывает самый широкий круг читателей всех возрастов, образования, опыта и убеждений. Для меня же он особенно дорог множеством личных кодов и чувством совершенной внутренней творческой свободы, из которого был написан.





