Он начал с вопроса:
— Видимо, из Йоки не вернулся еще Юсси Ватанен? Он к вам не заходил?
Никто на это не ответил. И это молчание, как большим камнем, придавило Антти. Однако он снова сказал:
— В Йоки он исчез… И я его, гадину, нигде не мог найти, хотя и разыскивал его с полицией несколько дней.
Хозяйка, обратившись к дочери, сказала:
— Анна-Кайса, поставь на огонь воду для коров. Казалось, никто не слушал Антти, хотя последнее сообщение, пожалуй, несколько смягчило хозяев.
Антти становилось все тяжелей. И он снова сделал попытку обелить себя. Он сказал:
— Наверно, у Ватанена были свои дела, если он скрылся от меня… Только вчера утром я услышал о нем…
Хозяева с любопытством стали прислушиваться к словам Антти, однако никаких вопросов ему не задавали. Хювяринен спросил жену:
— Кажется, придется завтра на мельницу ехать?
— Да нет, муки хватит на праздники. Антти вспотел. С усилием он произнес:
— Говорят… Кархутар… поймала Ватанена в свои сети… вдова… покойного Макконена.
— Значит, хватит муки на праздники?
— Хватит.
Опустив свои глаза, Антти через минуту добавил:
— Об этом мне рассказали в домишке Вариса, когда я обратно ехал. Попал Ватанен в западню вдовы Макконена…
Хювяринен отдал распоряжение хозяйкам, приказав:
— Бабы, надо сегодня обстричь черную овцу. Да не забудьте овцам подстилку положить.
Антти стал обдумывать, как бы ему утешить хозяев по случаю потери Юсси Ватанена. И придумав, как это сделать, он сказал:
— Вообще говоря, этот Ватанен жестокий человек, он плохо относился к своей покойной жене.
Хозяева и на это ничего не ответили. Хозяйка раздраженным тоном крикнула:
— А почему котелок не вымыли с вечера?.. Все только жрут, и никто ни о чем не заботится.
Антти снова сказал:
— Лютый характер у этого Ватанена! Нет, не порадуется его жена…
Хозяйка сходила в переднюю и, вернувшись оттуда, сказала:
— Туда ему и дорога… в сети Кархутар… Этакий мужичище… Говорят, он в Йоки пил и дрался… Даже в его телеге нашли флягу из-под вина.
— Видали! — с изумлением воскликнул Антти. — Оа даже пил и дрался! Неудивительно, что вдова Макконена поймала его.
Покурив и подумав, Антти выступил в защиту Юсси. Он сказал:
— Но, может, дрался и не он. Может, дрался Партанен, а по ошибке сунули в камеру Ватанена… Ведь в темноте можно и не разобраться, кто виноват.
Эти слова ни на кого не произвели никакого впечатления. Старик Хювяринен как бы про себя сказал, повторяя слова жены:
— Туда ему и дорога… забулдыге… К этой Кархутар!
— Туда и дорога, — буркнул Антти и после долгого молчания добавил:
— На что такой муж Анне-Кайсе?
В этот момент все ребятишки оживились.
— Цыгане, цыгане идут! — закричали ребята и кинулись во двор посмотреть на цыган.
Антти, вытирая пот со лба, продолжал сидеть.






