ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Когда у Валеры Васильева прямо посреди Невского умыкнули девушку, он понял, что мир изменился. И в этом мире больше нет достойного места для славного, неглупого парня Валеры. Но он – не из тех, кто согласен барахтаться за бортом. Но чтобы добыть и отстоять место на верхней палубе «корабля жизни», Валере Васильеву надо научиться драться насмерть. Чистильщик Александр Мазин Когда у Валеры Васильева прямо посреди Невского умыкнули девушку, он понял, что мир изменился. И в этом мире больше нет достойного места для славного, неглупого парня Валеры. Но он – не из тех, кто согласен барахтаться за бортом. Но чтобы добыть и отстоять место на верхней палубе «корабля жизни», Валере Васильеву надо научиться драться насмерть. ПРОЛОГ ПРОЛОГ – Стоять! – грубо сказал парень в камуфляжных штанах.– Хули ты тут делаешь? – Стою,– лениво произнес Васек, будто не замечая направленный ему в живот ствол. – Борода шутит,– процедил приятель целящегося, шагнул вперед и неожиданно нанес быстрый удар ботинком по щиколотке. Васек потерял равновесие и плюхнулся животом в грязный снег. Парень с пистолетом наступил ему на поясницу, а второй тем временем быстренько ощупал Васька. – Чистяк,– сообщил он. – Встать, козел! – скомандовал обладатель пятнистых штанов. Васек встал. – Пошел! – Ствол с силой уперся ему в спину. Васек качнулся назад, отчего ствол еще глубже впился ему в спину, сделал шаг вперед… Затем резко повернулся, и пистолет, скользнув по кожаной куртке, уставился в пустоту раньше, чем его хозяин у

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Торс Васильева, если и выглядел лучше, чем руки, то только потому, что имел большую площадь. – Тебя что, избили? – Вроде того. Ты так и будешь сидеть в свитере? – Валечка! Как же это? В роли сострадающей женщины Валерий свою любовницу видел в первый раз. Роль эта ей не шла. – Кто же тебя так? – продолжала охать Лариса и вдруг поинтересовалась совершенно другим, деловым тоном: – Ты в милицию заявлял? Васильев свирепо глянул на свою любовницу. «Ну и дура!» – подумал он. – Ты поэтому так долго не звонил? – трагическим голосом промолвила подруга. – Да,– соврал Валерий. Лариса взирала на него скорбно. Вид у нее был – как у больной курицы. Валерий пожалел, что приехал. – Ну? – осведомился он.– Трахаться будем или как? Лариса спохватилась, стянула свитер, расстегнула молнию на брюках. – У нас час,– сообщила она.– Потом мне в садик, за Кешкой. Господи, кто же это тебя так? – снова ужаснулась она. – Тебе помочь? – спросил Валерий, наблюдая, как она возится с тесными брючками. – Я сама. Лариса не любила, когда ее раздевают. Васильев знал это. Он знал все ее привычки и пристрастия. Васильев подозревал, что он – не единственный ее постельный приятель. Его это не волновало. Оба не строили больших планов относительно друг друга. – У тебя красивые ножки,– сообщил Валерий, усаживаясь на постель. – Правда? – кокетливо проговорила его подруга. Это входило в ритуал. Хотя ноги у нее и верно были неплохие. Да и фигура тоже. Только по лицу и видно, что ей давно уже не двадцать. Лариса юркнула под одеяло, прижалась в нему: – Ты тепленький! – И тут же отстранилась.– Тебе не больно? Валерий сгреб ее в охапку, перевернул на спину. – Не задавай дурацких вопросов! – Больше не буду! Ой! Часа им хватило. Достаточно было бы и тридцати минут. Лариса была нетребовательна, а Валерий давно уже не испытывал в постели с ней огненной страсти. Собственно, никогда не испытывал. Перед уходом Лариса накормила его супом. – Ешь, ешь,– покровительственно говорила она.– Знаю я вас, ученых! Лариса окончила курсы бухгалтеров и ушла из института еще в начале рыночного разгула. В богачки она не выбилась, но и не нищенствовала. Иногда позволяла себе помечтать о богатом муже. Валерий в этой роли на рассматривался, и это его тоже устраивало. Когда они расстались, Валерий неожиданно ощутил некий подъем. И на тренировке чувствовал себя легким и стремительным. – Ты сегодня прямо летаешь! – одобрительно произнес Юра, с которым он отрабатывал кумитэ.– Молодец! Похвала, впрочем, не помешала Юре раза три отправить Васильева в нокдаун и прилично рассадить ему ухо. Валерий не обижался. Он знал, что и Юра, и Петренко, и прочие с ним деликатничают. Поскольку видел, как его новые товарищи бьются между собой.