ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Если соседи но тамбуру доверяют друг другу, они не запирают дверей. Если мужчина обманывает нескольких женщин сразу, одна из них непременно отомстит. Если в семье нет доверия — она разрушится. Если любят слишком сильно, порой убивают Аксиома не требует доказательств. Преступление — требует. И оно уже совершено… Тамбур Анна Малышева Если соседи но тамбуру доверяют друг другу, они не запирают дверей. Если мужчина обманывает нескольких женщин сразу, одна из них непременно отомстит. Если в семье нет доверия — она разрушится. Если любят слишком сильно, порой убивают Аксиома не требует доказательств. Преступление — требует. И оно уже совершено… ПРОЛОГ ПРОЛОГ Подземный переход Ночью подземные переходы метро начинают пугать всерьез. Можно испугаться кого угодно — нищего со столь зловещим лицом, что ему впору промышлять на большой дороге, а не просить Христа ради, опухшей бомжихи, которая невразумительно и вместе с тем агрессивно требует милостыню, продавца грошовых игрушек, который назойливо предлагает свой товар… Пугает не он сам, не его товар — уродливые собачки, заводные солдаты с автоматами, которые стреляют цветными огоньками. Пугает то, что вокруг него. То, что намертво въелось в сальную кафельную стену за его спиной, в плитки под его ногами. То, что и является истинным цветом ночи — не черным, а тускло-серым. Цветом голода, цветом отверженных, цветом преступления. И потому женщина с девочкой лет двенадцати, спешившие выйти из перехода, так испугались, услышав сзади резкий окли

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Вы-то сами в себе уверены?

— Никто не может быть уверен в своем психическом равновесии.

— Господи! — задумчиво заметил он. — Так редко получается поговорить с умным человеком. Галина?

— Я здесь.

— Вы пьете что-нибудь в честь праздника?

— Шампанское, — она с презрением взглянула на стакан и добавила:

— Дешевое.

— Чокнитесь со мной.

Женщина осторожно стукнула краем стакана о телефонную трубку и сделала маленький глоток.

— Когда, — сказал он, — то есть, если… Если меня выпустят, я хотел бы вас увидеть.

— Между прочим, уже наступил Новый год, — Галина смотрела на часы. Стрелки совпали. Когда она была маленькой, в этом ей чудилось что-то волшебное, хотя стрелки совпадали на «двенадцати» каждые сутки — два раза, в полдень и в полночь. «Дерри уже наверняка растерзала елку».

— Так мы увидимся? — настойчиво повторил Даня.

И Галина, следуя служебным традициям, мягко ответила, что это совершенно ни к чему. Они и так могут общаться, разве нет? Пусть он останется для нее просто ночным голосом — как и она для него.

— Вы правы, — после паузы ответил он. — Не стоит встречаться. Ведь я привязался к вам, а мне не стоит ни к кому привязываться. Я больше не позвоню.

— Даня…

— С Новым годом, и выпейте за меня.

Галина положила онемевшую трубку и залпом допила теплое шампанское. Снова зазвонил телефон, она порывисто ответила, но это был не Даня — один из постоянных клиентов желал поздравить ее с Новым годом.

Звонки сыпались один за другим, она едва успевала отмечать их в журнале, бутылка опустела, голова разболелась, где-то на улице, за больничной оградой, разрывались петарды…

— Алло! — в сотый раз говорила она ровным, мягким голосом, — Да, я здесь. Я слушаю вас.