В империи не так много полных георгиевских кавалеров.
— Это солдатские кресты, — попытался отбиться Олег.
— Тем почётней награда, — парировал Снегирёв. — К тому же, офицерский чин у вас уже имеется, а, значит, будут и новые ордена.
Олег чуть заметно поморщился:
— Откровенно скажу, не хотелось бы. К тому же война закончилась, а в мирное время боевые награды не вручают.
— Вы молоды, — воодушевился Снегирёв, — и еще всё можете успеть. При ваших темпах, уже годам к тридцати вполне реально стать полковником.
— Меня не прельщает военная карьера. Я вообще не люблю войну и не понимаю, что такого находят алармисты в том, чтобы убивать себе подобных.
— Как вы можете такое говорить! — тут же взвился Снегирёв. — Сражаться с врагами отечества — высшее счастье для настоящего мужчины!
Олег был с этим утверждением категорически не согласен, но настаивать на своём не хотел во избежание скандала. К счастью, супруга Евгения была начеку и тут же сменила тему.
— Олег Иванович, а почему вы не танцуете? Неужели здесь, в этом цветнике, — она обвела веером зал, — не нашлось достойной вас девушки?
Олег принялся сочинять подходящий ответ, но Снегирёва, оказывается, только начала:
— Вот, к примеру, наша дочь, Анастасия. Она участвовала в сегодняшних смотринах и была в шаге от того, чтобы стать невестой императора. Красавица, умница, и в магическом плане весьма неплохо продвинулась.
Внезапно оказалось, что рядом с госпожой Снегиревой стоит прелестное юное создание в белом платье с воланами и кружевами, белых шелковых митенках, белых атласных туфельках и скромной ниткой жемчуга на лебединой высокой шее.
Намек был более, чем прозрачен. Впрочем, Олег не стал отказываться. Всё равно танец — это еще даже не помолвка. Кроме того, действительно, танцевать хоть с кем-нибудь нужно. И почему бы не с Настенькой Снегирёвой?
За разговором кончилась мазурка, объявили полонез, и Олег повел девушку в круг. Попытался её разговорить, но та лишь отчаянно краснела и упорно молчала, за весь танец не произнеся ни единого слова.
— Правда ведь, замечательная девочка? — первым делом сказала Снегирёва, едва получив дочь обратно. — Просто чудо! Золото, а не невеста. И приданое за ней немаленькое.
Олег согласно покивал и как бы невзначай спросил:
— А четвертой женой она готова пойти?
— Четвертой? — в один голос спросили мама и дочка.
— Ну да. Три у меня уже есть, но традиции позволяют брать до семи штук. Две сотни наложниц можно не считать, они законных прав не имеют.
— Да вы развратник! — возмутилась госпожа Снегирёва. — Шиш вам, а не моя кровиночка!
Кровиночка покраснела до ушей и спряталась за маменьку.
— Плохая у вас разведка, господин Снегирёв, — посетовал Олег. — Тщательней надо работать. А то супругу в конфуз ввели.






