ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Джек Ривер закончил колледж и теперь он дипломированны механик. Решение отметить это событие обернулось дракой и судом. Хорошему механику везде найдется занятие, но в несвободе время тянется долго. И вдруг неожиданное предложение – остаток срока в курортных условиях, где сам себе хозяин. ... На первый взгляд предложение идеальное, но у каждой медали есть обратная сторона. Механик Алекс Орлов Джек Ривер закончил колледж и теперь он дипломированны механик. Решение отметить это событие обернулось дракой и судом. Хорошему механику везде найдется занятие, но в несвободе время тянется долго. И вдруг неожиданное предложение – остаток срока в курортных условиях, где сам себе хозяин. На первый взгляд предложение идеальное, но у каждой медали есть обратная сторона. © Алекс Орлов, 2024 © Алекс Орлов, 2024 1 Рабочее время с утра тянулось долго. То ли дело после обеда, когда надсмотрщик по кличке Гризли уже позевывал и не орал каждые пять минут. А то и вообще исчезал на полчаса в туалете, давая возможность заключенным перекурить и спокойно посидеть на замасленном табурете, просто глядя в окно – туда, где за решеткой была воля. Там и солнце светило не так, как на тюремном дворе и трава была зеленее. А иногда вдоль сельской рокады проходили девушки. Отсюда через пыльные стекла нельзя было разглядеть, красивые или нет, но всем казалось, что там вдоль грунтовки ходили только красавицы. Сидельцы сами дорисовывали в своем воображении, и прекрасные фигуры, и длинные ресницы. Возникали даже споры

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Когда-то в качестве лапши, другой раз в виде гранул. Все это многообразие вида и цвета делалось на одной кухонной машине, Джек знал это наверняка, поскольку уже пару раз ее ремонтировал.

Запивать все это приходилось подкрашенной горячей водой с запахом чая или фруктового морса и сдобренное некоторым количеством синтетического кофеина, чтобы взбодрить работяг перед началом рабочего дня.

Ну и таблетка пищевых волокон, которой не пренебрегали, ни работяги, ни воры. Без нее случались запоры или диарея.

– Поторапливайтесь, ублюдки! – проорал от двери Гризли, который иногда наведывался в столовую, чтобы подогнать бригаду.

Между тем, часы на стене показывали запас в десять минут и у сидельцев еще было время заглянуть в сортир. Однако, если уж Гризли приперся в столовую, значит не в духе и будет махать дубинкой по делу и без дела. Поэтому работяги из бригады стали подниматься с мест, на ходу разжевывая таблетки с пищевыми волокнами.

Поднялся и Джек, натягивая серую, в цвет робы, кепку.

Пока бригада шла к выходу, столовские шныри убирали посуду с их стола, потому что на это место уже направлялась другая.

Между тем, Гризли не оставлял работяг в покое и на тюремном дворе, залитым бетоном, как армейский плац.

Прежде, рассказывали, тут были даже зеленые насаждения, но после бунта, когда заключенные использовали дубины из свежесломанных сучьев, начальник приказал убрать деревья и залить все бетоном. А в качестве компенсации, глухие стены Первого и Второго корпусов выкрасили белой краской и нанесли рисунки с деревьями и цветами.

Правда, вышло не очень – художник оказался слабоват, а остальная часть корпусов осталась грязно-серой, но приезжавшая из округа комиссия, курировавшая условия жизни заключенных, осталась довольна, а начальнику вынесли благодарность.

– Давайте, сволочи, двигайте поршнями! – продолжал неистовствовать старший надзиратель.

– Ты слышал?! – свистящим от возбуждения шепотом произнес Гарри-Хворост в самое ухо Джека, тот даже поморщился.

– Что еще?

– Только что два вертухая со Второго корпуса хихикали, что к нашему жирняю гости нагрянули, пока он был на службе!

– Какие гости, о чем ты? – не понял Джек, на ходу осматриваясь из осторожности. Безопасных зон здесь не существовало и кого-то могли запросто проиграть в карты. Иногда, только на “пустить кровь”, а могли и посерьезнее.

При этом, ценились лоты вроде заметных тюремных персон, особенно тех, кто находился в авторитете и не важно в каком корпусе.

На Джека за три года нападали дважды.

– Да к бабе его хахаль наведался и жирняй его застал! Но самое интересное, знаешь кто это был?! А!?

– Да не ори, он тебя услышит… – одернул Хвороста Джек, замечая что Гризли сегодня подпрыгивал, как на пружинах, а его свисавшие щеки были неестественно красными.