Ты же мне, по сути, мужу предлагаешь изменить. Или нет? — Нет. — А что тогда? Будет у нас с тобой платоническая любовь? — Я ведь серьёзно говорил о том, что ты мне нравишься. От мужа и уйти можно. Алёна запрокинула голову и расхохоталась. Смеялась искренне, громко и весело. А Никита смотрел на неё с натянутой улыбкой, порождающей нехорошее предчувствие, что он не шутил. — Никит… Ты что, не шутишь что ли? — отерев выступившие на глаза слёзы и всё ещё посмеиваясь, уточнила Алёна. — Я на Петросяна похож? — Нет, ты что? С Петросяном я бы на свидание не пошла, у него своя красотка есть. Но ты ведь не можешь это всерьёз говорить. Или ты думаешь, что я сейчас приду домой, заявлю Николаю, что с ним развожусь и ухожу к молодому и прекрасному принцу. А он такой: «Ну, окей! Звездуй». И будем мы жить с тобой долго и счастливо? — А почему бы и нет? — Ты меня извини, но… Хотя бы потому, что ты мне даже не нравишься. — Ты просто мне шанса не давала ни одного. — И не собираюсь. — Собираешься. Иначе бы рядом со мной сейчас не сидела. Алёна могла бы разозлиться, встать и заявить, что уходит, но… не могла. Этот чертёнок был прав. Если бы она не собиралась давать ему ни единого шанса, она бы послала его в грубой форме ещё в машине. — Потанцуем? — неожиданно предложил Никита, и в мыслях Алёны рефреном зазвучала его фраза: «Я тебя хочу». Вот так просто и легко он сказал ей эти слова, а она так же просто и легко не ответила ему, будто он имел право признаваться ей в подобном. Раздумывая о том, каково будет сейчас снова оказаться в объятиях Никиты, только уже на законных основаниях, Алёна смотрела в его лицо, и решала, стоит ли соглашаться. — Здесь не танцуют, — уклончиво ответила, допивая коктейль и отрицательно качая головой на немое предложение бармена налить ей ещё. — А меня это не волнует. — И с каких пор ты таким бойким успел-то стать? — задала Алёна риторический вопрос, спускаясь с барного стула и подавая Никите руку. — Прямо альфа-самец на охоте. Оказавшись с ним лицом к лицу, покачиваясь в такт мелодии, которая больше убаюкивала, чем настраивала на романтический лад, Алёна прислушалась к своим ощущениям. Возбуждения не было, и слава всем богам. Казалось, Никита способен будет почувствовать его до чёрточки, а ей совсем не хотелось давать ему лишнего повода думать, что он на неё так влияет. Он осторожно, но крепко держал её в своих руках, и это вызывало противоречивые чувства. От всё того же ощущения инцеста до едва уловимой взволнованности. — Насчёт измены… — Да? — А ты уверена, что твой муж тебе не изменяет? — Никит… Ну ты что, решил Кольку в глазах моих очернить? Некрасиво. — Да нет. Просто интересуюсь. Статистика — вещь упрямая. — Это та, которая говорит, что все мужики изменяют? — Ну, примерно. — Глупости. Частности никто не отменял.

Об этой истории
Сколько бывает измен, столько можно написать о них историй. Эта — будет о том, как можно оказаться на изнанке собственной жизни, где слишком больно и горько. О том, как можно потерять всё, но обрести гораздо больше. И о том, как можно изменить. Себя. Или себе. Изнанка Полина Рей Сколько бывает измен, столько можно написать о них историй. Эта — будет о том, как можно оказаться на изнанке собственной жизни, где слишком больно и горько. О том, как можно потерять всё, но обрести гораздо больше. И о том, как можно изменить. Себя. Или себе. ЧАСТЬ 1 ЧАСТЬ 1 ОТРЫВОК 1 — Да мать твою, куда ты прёшь? — Никита! Ну ты вообще монстр. — Да он сука просто. — Хорошо, что я не леди. — Хорошо, что мне не хочется извиниться. — Хам. — Ещё какой. Алёна поджала губы и посмотрела на Никиту внимательнее. Молод, горяч, машину ведёт жёстко, то перестраиваясь так, что приходится оттормаживаться, то матерясь, когда его подрезают. Если бы не была в подпитии, наверное, уже бы возмутилась. Но кричащая из динамиков музыка, ветер, долетающий в приоткрытое окно, молодой парень за рулём, который едва ли не в сыновья ей годился — всё это стирало границы. — Во всём такой? — Что вы имеете ввиду? — Да ничего. Алёна поморщилась. Это его обращение на «вы» неприятно резануло слух. — Хочешь, на «ты» перейду? Он что, мысли читает? Алёна снова посмотрела на Никиту. Красивый, даже слишком. Будь ей лет на пятнадцать меньше, она бы показала этому парню, по чём фунт лиха. Но он был не просто непростительно молод, но ещё и я





