Конечно, даже после гибели авианосца и с небоеспособным, лишенным хода и возможности вести огонь линкором они все еще сохраняли формальное преимущество в весе бортового залпа, однако на этом их козыри заканчивались. Вынужденные защищать «Короля Георга», британцы лишены были теперь даже намека на инициативу. К тому же Колесников хорошо помнил, что в прошлой истории у этого корабля были серьезные проблемы с артиллерией главного калибра. Настолько серьезные, что к концу боя большая часть орудий просто не действовала, причем в основном из-за технических проблем. Здесь и сейчас британцы, напрягшись до полного изнеможения, ввели корабль в строй значительно раньше, но вряд ли от торопливости орудия его будут действовать лучше. А главное, в той истории при худшем соотношении бой закончился победой немцев, причем красивой и феерически громкой. Сейчас, когда вместо одинокого крейсера позади маячила ударная эскадра, Колесников был уверен в своих силах. В таких условиях отсроченная возможность нанесения бомбовых ударов (самолеты только-только начали приземляться на палубу «Графа Цеппелина») смотрелась так, вишенкой на торте, красивой, но во вкусе основного блюда мало что меняющей.
Больше всего удивления у немецких офицеров вызвал приказ изменить курс, когда до противника оставалось восемь миль. Они уже успели привыкнуть к тому, что адмирал старается идти вперед и, максимально сблизившись, использовать преимущество в количестве стволов, а не стрелять издали, рассчитывая больше на случайность и статистику, чем на реальное мастерство артиллеристов. Его желание вести бой на дальней дистанции настолько удивило их, что пришлось объяснить. Палуба «Худа» толщиной всего дюйм-полтора, «Принца Уэлльского» толще, но тоже не слишком внушительная. А вот борта у обоих кораблей забронированы весьма прилично. В такой ситуации бой на дальних дистанциях, с летящими по навесной траектории снарядами, на руку немцам – больше шансов поразить врага в уязвимое место. Правда, тут уж как повезет, но попытаться определенно стоило.
То, что ожидания адмирала оправдываются, стало ясно с первых же минут боя. Огонь британского линкора, изначально мощный, уже после второго залпа резко ослабел. Фактически вместо десяти орудий главного калибра стреляли то шесть, то четыре, а то и всего два, полных залпов вообще больше не наблюдалось. А вот «Худ» таких проблем не имел, все восемь его пятнадцатидюймовок били размеренно и четко. Эти орудия, когда-то не пошедшие в серию и установленные на одном-единственном корабле, оказались на проверку надежными и беспроблемными, что сейчас и демонстрировали.






