ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Если вы стоите перед выбором жизнь или смерть – ответ очевиден. Но вот как прожить доставшиеся тебе годы и что совершить, зависит от тебя. И вот ты в стане врагов, ты один из них. Как предотвратить войну, как спасти миллионы соотечественников, если именно тебе предстоит вести на них броненосные армады? Разве что попробовать сыграть в собственную игру, вот только… хватит ли у тебя сил, Адмирал? Адмирал Михаил Михеев Если вы стоите перед выбором жизнь или смерть – ответ очевиден. Но вот как прожить доставшиеся тебе годы и что совершить, зависит от тебя. И вот ты в стане врагов, ты один из них. Как предотвратить войну, как спасти миллионы соотечественников, если именно тебе предстоит вести на них броненосные армады? Разве что попробовать сыграть в собственную игру, вот только… хватит ли у тебя сил, Адмирал? Вы безумно элегантны Вы безумно элегантны На паркетах и коврах. И к лицу вам аксельбанты, И к лицу вам черный фрак. Вы – везучий, ох, везучий! — Словно нет на вас пальбы… И все решат, на всякий случай, Что вы – Баловень Судьбы! И все решат, и все решат… А, может – правда? (Алькор «Баловень судьбы») Соленые брызги на лице… Откуда они? Рефлекторный жест, стирающий их со лба, – и удивление. Рукав из жесткой материи. Какой рукав? Пижаму он не надевал, не любил их с детства, и даже сейчас отказался, лежал в майке. Впрочем, сейчас он стоит. Почему стоит? И почему так холодно? И откуда, черт побери, брызги? Лишь после этого вопроса он открыл глаза. Перед ним было море. Огромное, хол

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тот, ведя бой против численно превосходящего противника, выбрал в качестве мишени наиболее мощный корабль, однако тот, обладая хорошей защитой, смог продержаться достаточно для того, чтобы легкие крейсера, которые в это время никто не обстреливал, искалечили германский рейдер. Ошибку эту Краус, желающий остаться командиром «Лютцова», а не просто исполняющим обязанности, как сейчас, не намерен был повторять. Поэтому он намеревался как можно быстрее выбить одного противника, чтобы после этого, не отвлекаясь на ерунду, вплотную заняться вторым.

Следующие полчаса были заполнены с каждой минутой все более ожесточающейся артиллерийской дуэлью. «Лютцов» получил шесть попаданий снарядами калибром от шести до восьми дюймов. В результате возник серьезный пожар, который никак не могли погасить – огонь то притихал, то вновь разгорался, и чадный дым серьезно мешал артиллеристам кормовой башни. Вышел из строя до безобразия хрупкий радар. Кормовую башню заклинило, но немецкие моряки смогли быстро выколотить мешающий вращению здоровенный, с ладонь величиной, осколок британского снаряда, и работоспособность орудий была восстановлена. Словом, бой давался совсем не так легко, как хотелось бы. Тем не менее, и артиллеристы «карманного линкора» не остались в долгу.

Стреляли они не хуже британцев, просто стволов в их распоряжении имелось несколько меньше. Зато калибр был солиднее, разброс не таким серьезным, а сам «Лютцов» оказался более устойчивой артиллерийской платформой. Не то чтобы при нынешних несерьезных трех баллах данное обстоятельство заметно влияло, но все же, все же… Как бы то ни было, три снаряда главного калибра и один пятнадцатисантиметрового они в британца всадили.

Расчет Крауса оказался верен. Уже после третьего попадания над вражеским кораблем вспыхнуло ослепительно яркое пламя. Что уж там взорвалось, так и осталось тайной, но британцы явно решили, что с них хватит, и, развернувшись, бросились наутек. Последний снаряд артиллеристы «Лютцова» всадили уже вдогон, после чего переключились на более опасного противника. И артиллеристам тяжелого крейсера сразу пришлось почувствовать на себе, что значит вести бой с противником, на голову превосходящим тебя.

Буквально за десять минут британец получил три попадания, сумев ответить всего одним. Не потому, что его артиллеристы были плохи, а из-за первого же немецкого снаряда, очень удачно заклинившего рули. Произошло это как раз в момент поворота, и в результате крейсер понесло по кругу. Прежде чем британцы успели хоть что-то сделать, их корабль оказался повернут к немцам носом, что выключило из игры кормовые башни.