Корабль атаковали сразу несколько субмарин, и в результате он поймал две торпеды в левый и одну в правый борт. Затопления оказались весьма обширными, но достаточно равномерными, что не дало линкору перевернуться и позволило самостоятельно вернуться в гавань. Тем не менее, из грядущего боя он оказался исключен. Немцы потеряли от глубинных бомб, щедро разбрасываемых эсминцами, четыре субмарины.
Кстати, британские подводные лодки, числом аж две, встретились и немецким кораблям, о чем адмиралу своевременно доложили. Атак не последовало, у британцев такие действия считаются личным делом командира. Весьма порочная практика, хотя сейчас это было только к лучшему. На всякий случай, сопровождающие основные силы эсминцы сбросили глубинные бомбы, и на том вопрос закрылся. Никого не потопили, естественно, но профилактика – великая вещь.
Узнав о выходе британского флота и его курсе, Колесников остался доволен. Противник купился на кажущуюся простой логику. И двинулся британский флот наперехват как раз формально более слабой северной группы. Весьма опрометчиво, учитывая, что как раз ее возглавлял человек, который британцев уже неоднократно бил, и при куда худшем соотношении сил. Возможно, ненависть взыграла, возможно, желание уничтожить более опасного врага, а может, они еще рассчитывали позже договориться с французами. Неважно. Главное, все шло, как задумано.
Реальность – штука интересная, и встречается двух видов – объективная, не зависящая от мировосприятия людей, и субъективная. А вот с последней как раз сложнее.
Субъективная реальность формируется не столько из реальной картины мира, сколько из желаний человека и имеющейся у него информации, часто фрагментарной и никогда не полной. В чем-то она совпадает с реальностью объективной, в чем-то нет, но главное, люди в своих расчетах оперируют именно ей. И соответственно допускают ошибки. Так произошло и сейчас.
То ли из-за спеси, то ли от недооценки противника, а может, просто не имея достаточных сведений, британцы упустили из виду сразу два важных момента. Во-первых, они не задались вопросом, почему обе эскадры вышли практически одновременно, тогда как расстояние, которое им надо было пройти, различалось в разы. А во-вторых, им стоило бы подумать, почему немцы выбрали не самый благоприятный для похода период, когда шторм и низкая облачность мешают высадке войск и действиям авиации, притом что в ней немцы сейчас имели определенный перевес. Последнее обстоятельство имело смысл только в случае, когда флоту предстоит действовать на значительном удалении от баз, когда поддержка с неба не может быть гарантирована, а не при высадке десанта через узкий пролив. Увы, британские адмиралы не уделили должного внимания этим вопросам, что дорого им обошлось.






