ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Если вы стоите перед выбором жизнь или смерть – ответ очевиден. Но вот как прожить доставшиеся тебе годы и что совершить, зависит от тебя. И вот ты в стане врагов, ты один из них. Как предотвратить войну, как спасти миллионы соотечественников, если именно тебе предстоит вести на них броненосные армады? Разве что попробовать сыграть в собственную игру, вот только… хватит ли у тебя сил, Адмирал? Адмирал Михаил Михеев Если вы стоите перед выбором жизнь или смерть – ответ очевиден. Но вот как прожить доставшиеся тебе годы и что совершить, зависит от тебя. И вот ты в стане врагов, ты один из них. Как предотвратить войну, как спасти миллионы соотечественников, если именно тебе предстоит вести на них броненосные армады? Разве что попробовать сыграть в собственную игру, вот только… хватит ли у тебя сил, Адмирал? Вы безумно элегантны Вы безумно элегантны На паркетах и коврах. И к лицу вам аксельбанты, И к лицу вам черный фрак. Вы – везучий, ох, везучий! — Словно нет на вас пальбы… И все решат, на всякий случай, Что вы – Баловень Судьбы! И все решат, и все решат… А, может – правда? (Алькор «Баловень судьбы») Соленые брызги на лице… Откуда они? Рефлекторный жест, стирающий их со лба, – и удивление. Рукав из жесткой материи. Какой рукав? Пижаму он не надевал, не любил их с детства, и даже сейчас отказался, лежал в майке. Впрочем, сейчас он стоит. Почему стоит? И почему так холодно? И откуда, черт побери, брызги? Лишь после этого вопроса он открыл глаза. Перед ним было море. Огромное, хол

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Школа кораблестроения совершенно разная, плюс модернизации, и только бой покажет, решения чьих инженеров лучше.

Английские линкоры типа «Нельсон» были вооружены шестнадцатидюймовыми орудиями. Серьезно, если не учитывать легкие снаряды и откровенно неудачное расположение. На контркурсах из трех башен действовать могло только две, третья же имела ограниченные секторы обстрела и могла работать лишь по борту. Остальные корабли несли по восемь пятнадцатидюймовых орудий и, теоретически, были равны своим немецким собратьям. Опять же, если не учитывать защиту времен прошлой войны, которую никакие модернизации не могли довести до современного уровня. Но главное – скорость! Британская эскадра и в спокойную-то погоду едва плелась на двадцати узлах, и немцы имели здесь полуторное преимущество, а значит, выбирали условия, на которых будут драться.

Колесников бросил взгляд на свой личный флаг. Подарок фюрера, чтоб ему ни дна, ни покрышки. Чувство юмора у Гитлера, что ни говори, имелось, только весьма специфическое. Черное полотнище с черепом и костями. Лично дизайн разработал. Можно сказать, эксклюзив. Сказал, если вас считают пиратом – значит, пускай получат пирата. И ведь в логике не откажешь. Пришлось поднимать. А самое интересное, подчиненные восприняли это как должное. Так что в бой он шел под классическим «Веселым Роджером». Оставалось надеяться, что флаг этот героически сгорит, иначе моргнуть не успеешь, как историки перед будущим поколением ославят.

– Ну что же, начинаем вальсировать, – буркнул он под нос. – Всем пройти в рубку, не хватало еще получить случайный осколок.

Немецкие офицеры послушались беспрекословно, и даже недовольную физиономию никто не скорчил, как не преминули бы сделать их русские коллеги. Храбрость-то у них одна, а вот менталитет разный, и в бою железная дисциплина ничем не хуже бесшабашной лихости. С лязгом захлопнулась тяжелая дверь, отрезая их от внешнего мира. Ну что же, теперь можно было и потанцевать.

То, что кто-то, сейчас уже не вспомнить конкретного имени, из немецких офицеров еще дома назвал вальсом, самому Колесникову больше напоминало классический русский хоровод. На отработку маневра они убили массу времени и сил в своих водах. Вдобавок почти весь вчерашний день маневрировали уже здесь, чтобы хоть немного отработать взаимодействие с французами. Те, к слову, оказались прилежными учениками, но то в относительно спокойной ситуации, когда кроме волн им ничего не угрожало. Что же будет под огнем, еще предстояло выяснить, но менять план на что-то более примитивное Колесников не собирался. Успеется.