— Потому что не сказал о вас? — Конечно. — Все равно подумал, — сказал Коля. — Если по правде... — Знаете, высшая тактичность заключается в том, чтобы говорить не все, о чем думаешь. — Это — тактичность современности. Мы хотим, чтобы в будущем высшая тактичность человека заключалась как раз в ином: что думаешь, то и говоришь. — Этого же хотел Христос. — У Христа не было государства и армии — такой, как у нас. — Занятно... Государство и армия во имя того, чтобы все люди говорили друг другу только то, что думают... — У вас есть братья? — Нет. — А сестры? — Нет. — У меня тоже. Поэтому я особенно точно представляю себе, какими должны быть отношения между братьями. — Боже мой, какие же вы все мечтатели... — Нам об этом уже говорили. — Кто? — Был такой английский писатель Герберт Уэллс. — Когда я увижу вашего шефа? — Завтра утром. Первый вопрос, который Вихрь задал Бергу, был о Траубе. — Это для меня новость, — ответил полковник. — Я ничего об этом не знал. — Как узнать подробности? — Это невозможно. Гестапо нас к себе не пускает. — Что можно сделать? — Ничего. — Как ему помочь? — Вам хочется достать с неба луну? Я не берусь выполнить это желание. Оставим Трауба, хотя мне его жаль — талантливый журналист. Вернемся к нашим делам. Я просил Отто передать вам, чтобы вы не появлялись в городе, товарищ Попко... Вихрь медленно потушил сигарету и сказал: — А вы говорите, что вас до гестапо не допускают. — Первый раз вы со мной откровенны. — Третий. Не в этом дело. — А в чем же? — Сейчас — в Траубе и Краухе. — Нет. В вас. — Да? — Да. Вы понимаете, что будет с вами, если папка из гестапо попадет к вашим? Вас дезавуируют. Разве нет? Тем более что вы скрывали это от своих сотрудников — даже Отто об этом не знает. — Мое командование узнает об этом, полковник. Не будьте моим опекуном, пожалуйста. У вас не вышло с Мухой, не выйдет и со мной. Я ж знаю вас по Мухе: я его расстрелял — теперь нет смысла скрывать. Но это прошлое, так что не удивляйтесь: у вас свои козыри, у меня свои. Мои — сильнее. Помогите с Краухом. — Вы связывались с Центром? — Нет. — Очень хорошо, что вы ответили мне правду, — от вас был только один короткий перехват. Так что меняйте точку, она засечена. — Где? — Точно сказать не могу, но где-то к северо-западу от Кракова, километрах в тридцати. «Верно, — отметил для себя Вихрь, — охотничий домик как раз там. Но ведь Аня не могла выходить на связь сама. В чем дело?» — Это не наши люди, — сказал Вихрь, — тем не менее спасибо, учтем. Видимо, это партизаны или накладки вашей системы. — Последнее исключите. «А может, какое несчастье с Аней?! — вдруг мелькнуло у Вихря. — Девочка там одна! Короткая связь! Может, ее взяли там случайно?» — Вы убеждены? — спросил Вихрь, закуривая. — Ваш аппарат в этом смысле безгрешен? Был сеанс? — Был.

Об этой истории
1944 год. На совещании в полевом штабе Гиммлера принимается решение об уничтожении культурных центров славянства — Кракова, Праги, Варшавы. Советский агент Максим Максимович Исаев своевременно сообщает об этом в Москву. Руководство советской разведки начинает разработку операции по спасению Кракова. В тыл врага заброшена разведгруппа в составе трех человек во главе с майором Вихрем. С самого начала группу преследуют неудачи, а сама операция находится на грани срыва. Текст электронной публикации соответствует изданию: Семенов Ю. С. Майор Вихрь // Семенов Ю. С. Собрание сочинений. Т. 3. Политические хроники. 1944–1945. М.: МШК МАДПР, ДЭМ, 1991.
История продолжается: другие книги





