А узнав имена собеседников, без обиняков спросила: – А вы чего сюда приехали?
Пашка полез было за журналистской корочкой, но Саня его опередил:
– Фотографировать поселок будем.
Анна критически посмотрела на дорогу, никогда не знавшую асфальта, на канаву вдоль нее, забитую мусором, на кривые дома вокруг и спросила еще более удивленно:
– А зачем?
– Для режиссеров кино и сериалов, – ответил Саня. – Им всегда нужны новые локации для съемок. Вот мы ездим по стране, ищем интересные места, предлагаем киноделам.
Глаза у Анны округлились еще больше.
– Это чего это? У нас кино, что ли, снимать будут?
– Не факт еще. Но если режиссеру какому-то подойдет картинка, почему нет.
Анна еще раз взглянула на поселок. Судя по скепсису на лице, она не могла представить себе такого режиссера, которому эта картинка могла бы подойти.
– Ну ладно, чего! – наконец сказала их собеседница. – Пойдемте, комнаты покажу.
Комнаты были маленькими: казенные кровати с железной решеткой и тонкими матрасами, тумбочки без дверок, по одному стулу – вот и вся мебель. Но номера оказались на удивление опрятными. По рассказам Анны, гостиница была не частной, а стояла на балансе администрации. Несмотря на то что гости в поселке были редкостью, начальство Тихого отказывалось закрывать гостиницу. Каждый месяц Анна получала деньги, присматривая за ней. Небольшие, скорее всего, но по меркам поселка любая сумма живыми деньгами казалась огромной. Когда Саня жил здесь, колония отдавала треть зарплаты сгущенным молоком, а местный хлебозавод вообще половину положенного рабочим выдавал только продукцией. Еще один всплывший факт, который, как уверен был журналист, он забыл навсегда.
– А это что? – спросил Пашка, показывая на одну из дверей.
Там был рисунок. Сначала казалось, что это квадрат, но затем Саня проследил за линией: она не замыкалась, а уходила внутрь, образуя угловатую спираль. Ее явно пытались закрасить, но то ли краска была разбавленной, то ли сам знак был нарисован каким-то особенно ярким цветом, так что он все равно проступал и был заметен.
Анна недовольно поджала губы:
– Вандалы это! Не обращайте внимания!
Паша прищурился:
– А я вроде такой знак уже у вас в Тихом видел… Где-то на какой-то стене был нарисован, что ли… – Он посмотрел на напарника, надеясь, что тот вспомнит, но увидел его бледное лицо и осекся.
Анна пожала плечами:
– Эта комната не сдается. Остальные девять номеров в любой момент готовы принять гостей. – И не без гордости добавила: – Туалет в здании!
По всему выходило, что для Тихого это был едва ли не королевский уровень жизни. Цену за него требовали соответствующую. Пашка даже прыснул от смеха, когда Анна назвала ее, и только потом сообразил, что собеседница не шутит.






