ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Герой узнал, пожалуй, самое важное, про себя в новом мире. Теперь ему придется делать выбор, с кем он. С потерявшими влияние и возможности Магами. Или с людьми, которые спасали его жизнь, но убьют, не раздумывая ни секунды, как только увидят его второе, скрытое лицо. Выбор сложен, но герою придется его сделать… Слесарь 3 Иннокентий Белов Герой узнал, пожалуй, самое важное, про себя в новом мире. Теперь ему придется делать выбор, с кем он. С потерявшими влияние и возможности Магами. Или с людьми, которые спасали его жизнь, но убьют, не раздумывая ни секунды, как только увидят его второе, скрытое лицо. Выбор сложен, но герою придется его сделать… Глава 1 ПЛОДОТВОРНОЕ ВРЕМЯ ДО ОБЕДА Глава 1 ПЛОДОТВОРНОЕ ВРЕМЯ ДО ОБЕДА Дойдя до кузницы, я заглянул внутрь. Водер был, как всегда, на месте, размахивая молотом. Подмастерье держал щипцами заготовку, по которой дюжий кузнец бил, не останавливаясь передохнуть. Да, здоров необычайно мужик. Пришлось подождать, пока деталь отправится остывать в чан с водой, подняв густые облака пара. Водер бросил молот и, заметив меня, вышел на улицу передохнуть. — Ну чего тебе? Пропадать не собираешься? — он все не мог забыть про тот случай. — Если Астор прикажет, Охотник всегда ответит — есть! — я не собирался спускать ему подколки при каждой встрече и усиленно вбивал в лохматую голову, что есть такое понятие, как Родина, долг, честь и совесть. И что, я всему этому служу не за страх, а за совесть. Поэтому скидки необходимы для нашей мастерской. Немного и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На место очага положил круглые полешки, которые использовал в качестве матраса для походных условий, на них мешок, на него несколько нагретых камней из собранного очага и котелок. На все это водрузился и сам, распихав камни снаружи тела, а котелок поставил между ног. Ступни в валяных носках снова засунул в освобожденный рюкзак с одним из нагретых камней, который сначала даже припекал ноги, потом я уснул. И проспал часов шесть, пока холод снаружи и переполненный мочевой пузырь не вынудили подняться и облегчиться. Пробиваемое дрожью тело очень хотело погреться костром, но я снял плащ со входа, укрылся еще и им и проспал еще пару часов, пока холод окончательно не победил сон.

Пришлось собраться, сделать интенсивную зарядку и дождавшись горячей воды, констатировать — что дров осталось несколько штучек в вязанке, поэтому надо пройти сегодня последний перевал и спуститься пониже засветло, чтобы не околеть от всепроникающего холода.

Холод, на самом деле, очень достал своим постоянным и непрекращающимся вниманием к моему едва теплому телу и хотелось распрощаться с ним надолго, если не навсегда. Сатум, по словам Гинса, был довольно жаркой и душной страной, кроме горных земель, конечно, и я прямо мечтал полежать в духоте несколько дней или месяцев.

Чтобы забыть, как языки нестерпимого холода лижут лицо и забираются под плащи и одежду, поглощая последние крохи тепла.

За этот день, подстегиваемый воспоминаниями о холодных ночах, я прошел и перевал и спустился на километр вниз, туда, где стали попадаться первые участки растительности. Там я набрал сухостоя и развел немаленький костер, не обращая внимания на маскировку и былое желание проскочить незамеченным первые поселения в горах. Просто сидел и грелся, чуть ли не полностью залезая в такое приятное пламя, чувствуя себя, иногда и местами, самой Дейенерис, из рода Таргариенов. Ну, может, все же, ее братом.

Конечно, такую иллюминацию в нежилом месте мои новые соседи не пропустили.

Проснувшись ранним утром, я понял, что у меня гости, бесцеремонные и крайне наглые.

Глава 36 ПЕРВЫЕ ЗНАКОМЫЕ В НОВОМ МИРЕ

Глава 36 ПЕРВЫЕ ЗНАКОМЫЕ В НОВОМ МИРЕ

Два гостя перли прямо ко мне, карабкаясь по склону, третий забегал сбоку. Разделились они, как я почувствовал, в пятидесяти метрах ниже меня.

Наверно, всю ночь ждали, чтобы в гости зайти, как только рассмотрели костер на пятьсот-шестьсот метров повыше своего поселения. Не стали ждать, пока светило поднимется над горизонтом, поспешили пораньше, ведь всем известно, что перебежчики с той стороны приходят замерзшие, вымотанные и спят без сил, пока их дубиной по башке не треснешь. А, как треснешь, так они подскакивают и снова отрубаются, уже по-серьезному.