Да, этот поумнее, так ведь и помельче, приходится больше башкой думать, чтобы выживать в этом, достаточно жестком мире.
Я подошел поближе к оставшемуся стоять горцу и заметил, что мужик напрягся, собираясь кинуться на меня, теперь, когда наконечник копья смотрит в землю. Пару мгновений он колебался, но близость моего тела все же толкнула его на неправильный выбор. Он вытянул обе здоровенные лапищи и вознамерился схватить меня за шею, чтобы давить изо всех сил, пока я не посинею. Наверно, так явственно представил эту картину, что мой сильный удар в нос костяшками пальцев, произвел на него впечатление рухнувшей горы. Которая сбила и растоптала и надежды с мечтами и сам нос свернула куда-то в сторону. Горец отлетел на своего дружка и грузно упал, запнувшись за ногу того.
Я не стал вкладываться в удар, помня, что сила моя возросла уже на четыре деления, в половину от возможного, и ударив с полной силой, я, всего скорее, просто сломаю себе руку.
Вскоре я поднял суровыми пинками обоих потерпевших, нагрузил их своим барахлом и повел показывать дорогу в подгорное селение, постоянно отвешивая по согбенным спинам древком копья, при любом замедлении и попытке оглянуться назад. Мужики оказались понятливые и дальше не провоцировали меня совсем. Один придерживал раненого в бедро и вместе они бойко ковыляли по узеньким тропинкам, которые понемногу расширялись и, когда показались первые глиняные домики, типа сарайчики, тропинка превратилась в двухметровую дорогу, которая и привела нас к месту, где собрался комитет по встрече.
Кроме удравшего парня, тут был еще пожилой мужик, с парой совсем молоденьких парней, еще мальчишек, и несколько женщин у них за спиной. В руках они держали разное оружие, ну, как оружие, наверно, они сами так думали с разной степенью уверенности, но, по мере нашего приближения и моего уверенного вида с копьем в руке и очень неуверенного поведения своих главных защитников и охранителей, оружие перестало казаться оружием и превратилось, в, разного вида, палки и пару убогих топоров, которые немедленно были опущены или торопливо выкинуты.
Пока суровый и могучий воин не обратил внимание на такое вопиющее непослушание и не убил всю деревню.
Тем более, всем своим видом я показывал, что только этого и хочу и событие данное точно произойдет, если меня, как следует не ублажат. Могучим пинком я отправил полетать раненого под ноги встречающей делегации и жестким ударом пятки древка по затылку вырубил второго селянина.
Чтобы встречающие могли в полной мере оценить мою силу и воинское умение и начать концерт по привлечению благодати на мою могучую шею.






