Я же сел на ближайший диванчик и взглядом указал Олегу встать рядом со мной.
— Забери пулю, которая в меня попала, — отдал распоряжение я. — Только аккуратно. Я хочу, если там найдётся хоть какой-то след, чтобы он сохранился. Не мне тебя учить.
— Наши точно опоздают, но думаете, люди Смирновых упустят снайпера?
Я опустил веки, демонстрируя согласие, и телохранитель тут же отправился выполнять задачу, а я поспешил достать телефон из кармана. Требовалось успокоить матушку, а то глава рода Корсаковых может вспылить, и тогда мало никому не покажется.
Она ведь сомневалась, отпускать ли меня на эту встречу или нет.
— Ваня⁈ — выкрикнул голос матушки из трубки. — Как ты, что с тобой?
— Всё в порядке, — поспешил заверить я. — И прошу, говори тише, а то ты как будто на громкой связи — тебя все слышат. Я сейчас сам всё расскажу.
Повествование не заняло много времени. Пока я докладывал взволнованной матери, вокруг продолжалась деловитая суета. Бойцы Смирновых заняли позиции, как оказалось, специально приготовленные для того, чтобы отбиваться от осаждающих. Сам Андрей Васильевич ходил из угла в угол, не прекращая тихо совещаться по телефону.
— Они его упустили, — опустив аппарат, разочарованно выдохнул Смирнов, боясь посмотреть на меня. — Ушёл…
— Всё, мам, опасность позади, — сообщил и я. — Стрелок ускользнул.
— Немедленно пусть открывают это чёртово кафе, и ты едешь к нам, — не терпящим возражений голосом отчеканила Анастасия Александровна.
В том, что она намерена даже в такой ситуации явиться в Кремль на большой приём, я и не сомневался. Во-первых, нужно показать всем, что я в полном порядке. А во-вторых, там она сможет задать императрице прямой вопрос, почему за её сыном охотятся посреди города, который должен быть самым защищённым в Российской империи.
И их старое знакомство здесь уже не играет роли. Меня пригласили для награждения за героизм, и вот такое происходит на следующий же день. Это плевок в лицо всей службы безопасности столицы и персонально — Екатерины Юрьевны. Ведь это её город.
— Есть проблема, — предупредил матушку я. — Мне нужна новая форма. Боюсь, если я заявлюсь в Кремль в крови и потёках кофе, это вызовет совсем не тот эффект, какой должно.
Секунду она думала над ответом, пока не произнесла:
— Сидите на месте, мы сами подъедем, — озвучила своё решение глава рода Корсаковых, после чего добавила резко послабевшим голосом: — И, Ваня…
— Да, матушка?
— Я так рада, что с тобой всё в порядке, — выдохнула она. — Если бы с тобой что-то случилось.
— Я обещал, что всё будет нормально, — напомнил я. — Подумаешь, одежду испачкал.
— Ох, весь в прадеда, — произнесла матушка, прежде чем отключиться.
Я же не удержался от улыбки. Славный был предок, очень жаль, что мы не познакомились.






