С того самого дня Гарри и дом вели непримиримую войну, победителем в которой, конечно же, почти всегда оказывался дом.
Вот и теперь капризная дверь вдоволь наскрипелась и с треском рухнула. В сауне нужно было снова обустраивать лежанки. И совершенно невозможно было угадать, что рухнет в следующий раз, – дом очень творчески подходил к процессу мести.
– Мирись-мирись-мирись и больше не дерись, – скорбно пробормотал Гарри, выбираясь из сауны во двор. Прямо перед ним стояли изумлённые фазанчики.
– Ой, а вы с кем-то ссоритесь? Мы вам помешали? Нам попозже прийти? Мы вас вообще-то насчёт волшебной лисы хотели спросить! – Титта тарахтела без перерыва, стараясь заглянуть за массивного Гарри и увидеть, с кем он только что разговаривал.
– Здравствуйте, дети, – торжественно и печально произнёс лось. – Мой дом всё время капризничает. Мы, знаете ли, имеем некоторые разногласия. – Гарри замолчал и устало опустился на скамейку у крыльца.
И-и-иу-кра-ак! Дом явно признавал наличие разногласий.
– Это дверь упала? – спросил с испугом Олли. Он никогда не встречал домов с характером и теперь на всякий случай озирался в поисках надёжного укрытия.
– Да, в моём доме довольно много дверей, – меланхолично сообщил лось. – Эта, судя по звуку, кухонная. – Гарри вздохнул и снова потёр ушибленный лоб.
Олли внимательно осматривал толстые брёвна, из которых был сложен дом. Любопытный фазанчик заглянул под крыльцо, потом вспорхнул на крышу и съехал по водосточной трубе вниз. Двери и стены молчали, а может, дому всё это даже нравилось.
– Осторожно! Трубу я ещё не закрепил! – воскликнул Гарри, но было поздно: на трубе уже восседала Титта. И, самое удивительное, дом стерпел и это! Гарри в изумлении смотрел на проделки детей и не узнавал свой дом. Ни тебе «и-и-иу-крак», ни «бамс», ни даже маленького «бум»! Чудеса!
– А вы ему тоже поёте эти, как их, арии? – внезапно спросил Олли.
– Нет, конечно. Он же не театр оперы и балета! – в голосе Гарри послышалась досада.
– Ба-а-ам! Кхе-кхе-кхе… Ви-и-иу-и-и-иу-томс! – ответил дом.
– Боже милостивый, это что ещё за звуки? – прошептал лось, изумлённо переводя взгляд с верхнего этажа дома на нижний, затем на подвал и даже на всякий случай на гараж, пристроенный сбоку.
– Попробуйте ему спеть, – тихо сказал Олли, поглаживая крылом ступеньки.
Гарри неуверенно достал из кармана уже знакомый фазанчикам помятый галстук-бабочку и откашлялся.
– Да не здесь, а внутри. Например, в гостиной, – прошептал Олли, подталкивая огромного Гарри к крыльцу. Входная дверь, к удивлению Гарри, мягко скрипнула и распахнулась, приглашая их в дом. Гарри поднялся по ступенькам на второй этаж, вошёл в гостиную и остановился перед камином. Фазанчики важно расселись на толстом ковре и приготовились слушать.






