Так вот, за прошедшие две недели они своими молотками раздолбили мне всю скалу и выковыряли все камни! Посмотрите, неужели вы не заметили, что наша Ивари больше не сверкает? – Аврора взмахнула хвостом в сторону горы.
И в самом деле, несмотря на яркое декабрьское солнце и празднично-белые сугробы у подножия, гора Ивари, казалось, скучала. Ни ровного мерцания, ни ярких искринок и лёгкого потрескивания, один тусклый серый склон. Его теперь оживлял лишь блеск железных молоточков, которыми день и ночь работали тролли-хиизи. Диньк-доньк! Тролли весело перекрикивались, переругивались, перестукивались – и продолжали. И с каждым ударом каждого молоточка в скале оставалось всё меньше и меньше аметистов. Последняя красота Лиески, а именно сверкающая гора Ивари, исчезала на глазах деревенских жителей.
Глава 12, в которой выясняется, как важно в жизни на что-нибудь копить
Глава 12, в которой выясняется, как важно в жизни на что-нибудь копить
– То есть правильно ли я понимаю, что благодаря этим работничкам натемяшить в сиятель нам нечего? – уточнил Гарри. – Кстати, насчёт раздолбленной скалы, – продолжил он, обращаясь к Авроре, – я мог бы её немного подконтрапупить, как только найдётся мой ящик с инструментами. Надеюсь, я не оставил его в сауне… Осмелюсь предложить заодно поклеить вам обои, например матовые с пурпурными гиацинтами, модные в этом сезоне. Или, может, вам по душе бархат с кремовыми мальвами? Я тут на днях на распродаже стройматериалов как раз…
– Что же нам теперь делать? – Титта бесцеремонно прервала сентиментального ухажёра. – Мой сиятель не может сиять, если в нём нет аметистов! Нам нужны камни, много-много блестящих камней! Элеонора, а у вас нет, случайно, драгоценностей? Бриллиантового колье какого-нибудь ненужного… Или у вас, Марьятта? – Титта переводила взгляд с одного соседа на другого.
Все молчали.
– Подождите! – Олли взобрался на подушку и повернулся к Ритве: – Сокровища! У вас же целый сундук камней, монет и медалек! Я сам видел! Ваш этот… как его там… миллионный фонд! Раф, ну вы же тоже видели сундук, там на целый космический корабль деталей хватит!
Все посмотрели на ворону. Ритва, нахохлившись, сидела на стеклянной сахарнице, ковыряя лапой прилипший к крышке орешек. В гостиной Марьятты воцарилось молчание. Наконец Ритва отколупала орешек, отправила его в рот и медленно произнесла:
– Пенсионный фонд – мой, не отрицаю. Батончиков там нет, кстати, я же уже объясняла. Всю жизнь собираю дурацкие монетки, блестючки, медальки. На рынках, свалках, по лесам-полям-рекам. Вот этими самыми лапами. По выходным и в отпуске.






