ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кордекс никогда не был чудом. Он научил её подниматься тогда, когда другие уже не могли встать. ... Заставлял раны затягиваться быстрее, чем это должно быть возможно. Он спасал жизни. Дарил шанс тем, кто стоял на грани. Но у всего есть цена. И однажды Кайра заплатила сполна. Оставшись одна в мире, который не умеет щадить. Когда опасность начинает преследовать её на каждом шагу, дар перестаёт быть спасением. Он становится причиной. Единственное спасение — человек, который поклялся больше не давать ей шанса. Иногда конец — это не выстрел. Иногда конец — это дверь, которая закрывается навсегда.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он переводит взгляд на Ариана, затем на Мираю, оценивает их молча, без спешки.

— Я держу своё слово, — произносит он спокойно.

Он поворачивается к стражникам.

— Рейн.

Молодой охранник подходит почти сразу.

— Да.

— Отведи их к Марте. Пусть поедят с дороги. И дом им подберите.

— Есть.

Ариан делает шаг вперёд, смотрит Крейдену прямо в глаза.

— Благодарю, — говорит он коротко и твёрдо.

— Завтра разберёмся, чем вы можете быть полезны городу. Сегодня отдыхайте.

Мирая улыбается широко, с той самой светлой радостью, которая зажглась в ней ещё на холме.

— Спасибо, — говорит она искренне.

— Я подойду позже, — тихо обещаю я.

Она кивает и уходит вместе с Арианом и стражником внутрь города.

Аксейд отходит чуть дальше, оставляя нас одних.

Я поворачиваюсь к Крейдену.

Теперь в его взгляде нет ни холода, ни прежней жёсткой дистанции. Он смотрит на меня внимательно, глубоко, так, как смотрел до всего, что произошло.

— Спасибо, — говорю я тихо.

Он делает шаг ближе, и расстояние между нами сокращается до нескольких дыханий.

— Я не разбрасываюсь словами, — произносит он спокойно. — Если сказал — будет так.

Наши взгляды держатся дольше положенного. Между нами снова напряжение, но теперь оно другое — не ледяное, не враждебное, а живое.

И именно в этот момент рядом появляется Демарис.

— Крейден, — произносит он уже серьёзно.

И этот взгляд, этот момент, остаётся незавершённым.

Демарис останавливается рядом с Крейденом, но в этот раз его голос звучит уже без привычной насмешки, без игры.

— Это Амира. И она ищет тебя.

Имя повисает в воздухе.

Крейден медленно переводит взгляд вперёд, и я тоже поворачиваюсь.

Амира стоит в нескольких шагах от нас. Пыль дороги всё ещё на её одежде, коса перекинута через плечо, подбородок поднят. В её взгляде нет ни смущения, ни сомнения, хотя перед ней — лидер Ареи и двое мужчин, которые одним присутствием могут подавить большинство людей.

Она смотрит прямо на Крейдена.

— Это ты лидер Ареи?

Голос спокойный, ровный, без вызова и без страха.

— Да, — отвечает он.

Ни шага вперёд. Ни лишнего движения. Только взгляд, тяжёлый и внимательный.

— Зачем ты меня искала?

Коротко. Чётко. Без намёка на объяснения.

Она не спешит отвечать.

Её глаза медленно проходят по каждому из нас — по Крейдену, по Аксейду, по Демарису… и на секунду задерживаются на мне. Я не отвожу взгляда.

Внутри начинает подниматься тревога, хотя я ещё не понимаю почему.

Она делает вдох.

И говорит:

— Я хочу знать… есть ли здесь выжившие дети сектора А.

Мир замирает.

Сектор А.

Это не просто слова. Это тайна, которую не произносят вслух. Это прошлое, спрятанное глубже стен, глубже имён, глубже самой Ареи.

Аксейд едва заметно напрягается, его плечи становятся жёстче. Демарис больше не улыбается — его взгляд медленно скользит к Крейдену. Я вижу это краем глаза.