– Полина, как ты? Пятнадцать пропущенных, – говорит быстро и обеспокоенно. – Я-то в порядке! Вы как? Что там происходит? Его кто-то зовет, он отвлекается, кивает: – Щас буду. Потом смотрит в камеру: – Мне пора. Все под контролем, но работы море. – Боже… – Я. – Илья снова бросает взгляд в сторону и хмурится. – Я пошел. Не смотри сейчас телевизор, ты все равно ничего не изменишь. Пиши мне. Как смогу, отвечу. – Я тебя люблю, – говорю я. – И я тебя, – отвечает он то ли на автомате, то ли правда так думает. И сбрасывает вызов. Следующие два дня проходят в агонии. Моей собственной и бесконечной. Мне снятся операционные, будто я пытаюсь что-то сделать, помогать своим врачам, но не получается. Это жуткие, иссушающие кошмары. Отвлечься не выходит, не могу ни о чем другом думать. Илья на связь выходит редко. Несколько раз в день мы созваниваемся с его матерью, но она сама особо ничего не знает. Илья дома еще не был. Жене, видимо, передается общий напряг – он все время ноет, а то и вовсе закатывает истерики. В какой-то момент я смотрю на календарь и прихожу в ужас от того, сколько еще дней мне нужно здесь провести! Кажется, я ничего путем не ела, кроме пары персиков. Переживаю за Женю, который не видит отца. Переживаю за Илью, который круглосуточно разгребает всю эту жесть! За людей, которым нужна помощь прямо сейчас. Нет, я вовсе не считаю себя какой-то особенной, практически любого специалиста можно заменить. Но на самом деле нас не так уж и много. И во время катастроф подобного масштаба идет полная мобилизация медиков. А я ведь еще и специализируюсь на травмах. Да пошло оно все в задницу! Нина сладко спит всю ночь, а я хожу из комнаты в комнату. Мия заявляется на рассвете – пьяная, зацелованная кем-то и счастливая. Я встречаю ее на пороге с рюкзаком в руках. – Мия, я улетаю. – Что? – не понимает она. – Я возвращаюсь домой. Не могу я. Не могу так! Все, наотдыхалась. – На самолете? – На крыльях! – Са-а-амолет легко меня уносит… – запевает она. – Цыц! Нину разбудишь! Приходится затащить сестру в ванную, умыть холодной водой, чтобы привести в чувство. – Мой рейс через четыре часа, а надо еще до аэропорта домчаться. Здесь все в порядке, вы с Ниной в безопасности. Отличного отдыха. – Но. – Такси вот-вот подъедет. – У тебя совсем крыша съехала, Поля? Ты в отпуске! В законном! Расслабься и забудь. – Я нужна своему городу, – говорит Бэтмен моим голосом. – И своему мужчине, – добавляю уже исключительно от себя и без тени улыбки. Напрямую перелет отсюда до дома занимает семь часов, я же купила билет на рейс с двумя пересадками, который длится одиннадцать! Безумно дорого, долго, глупо. Может быть. Впервые мое сердце успокаивается, только когда я занимаю кресло в салоне самолета.

Об этой истории
Полина – взбалмошная восемнадцатилетняя мажорка, которая росла без матери и отчаянно хотела обратить на себя внимание отца. Спасаясь от удушающего одиночества, Полина регистрируется на сайте знакомств и умышленно добавляет себе возраста. Илья – рассудительный военный хирург, который не ищет серьезных отношений, вот только в один роковой день всё меняется. Юная девушка с сайта знакомств становится для мужчины непреодолимым, запретным искушением. ... Они встретились, чтобы расстаться и расстались, чтобы потом быть вместе навсегда. «Единственные» – это психологический роман, рассказывающий о силе любви, с помощью которой можно преодолеть все преграды, и о силе прощения: так сложно кому-то довериться, но если сделать это, то можно почувствовать, как за спиной раскрываются крылья и несут тебя в счастливую жизнь.





