«У меня ничего не получается, Илья! Я никогда не смогу научиться попадать в вену! Какая из меня медсестра? Я жалкая неудачница!» «У тебя все получится, верь мне. Хирурги и хирургические сестры никогда не сдаются! Мы из другого теста». «Я не из теста». «Понял. Я приеду завтра в пять, до этого времени больше ничего не делай. Хорошо?» Он, конечно, приехал. С работы. Вовремя, как и обещал. Со своими здоровыми руками и ногами. И весь следующий вечер я тренировалась на нем, Илья лгал, что не больно. С тех пор я могу попасть в любую вену, в любой ситуации, в любое время дня и ночи. Я просто точно знаю, что у меня все получится. Потому что я из того же самого теста, что и Илья. Мы легонько целуемся в губы, потом собираемся на обед. Жизнь – штука сложная, она не приемлет категоричности. Иногда она рушит мечты, подкидывает такие испытания, что хочется закрыться в своей детской комнате и не выходить оттуда никогда. Жизнь, она меняет нас. Может, просто так, а может – для чего-то. Все последние дни страна только и говорит, что о нашем городе, к сожалению. У Ильи настойчиво просят интервью – он отказывается, потому что некогда. Ему и правда не до телевизионщиков, он прошел через весь этот ад не для того, чтобы выступать по телику. Свое рабочее время он посвящает пациентам и их родственникам. Всегда внимательный, небезразличный. На сайте о нем потрясающие отзывы! Плакать хочется, когда читаешь искренние слова благодарности! Я им очень сильно горжусь. Свободное же его время принадлежит нам с Женей. Все. Без остатка. В одну из следующих ночей, когда мы дежурим вместе, где-то после трех я нахожу его в пустой операционной. Примерно час назад мы закончили работать, появилось время на отдых, и я решила поискать Илью, чтобы предложить чай с бутербродами. Он сидит на полу, что-то читает в телефоне. – Можно? – Да, прошу, – улыбается он и гостеприимно кивает на пол рядом с собой. Я подхожу и опускаюсь на корточки. – Ты чего здесь прячешься? – шепчу, чтобы не разрушить идиллию. Темно, тихо. Навязчиво пахнет чистотой, но мне нравится этот запах. Он привычен. Идеально! – Не прячусь, просто думаю. В оперблоке мне всегда хорошо думается. – Мне тоже. Голова какая-то особенно ясная, да? – Ага. Мы молчим. Потом он берет меня за руку, и я крепко сжимаю его ладонь. – Ты ведь понимаешь, что всю жизнь так не сможешь? Не дай боже, подсядешь на уколы, это чревато, – шепчу я. – Что мы тогда делать будем, Илья? Нам нужен план. – Разумеется, понимаю, – кивает он. – Мой хирург дал мне десять лет. – Потом добавляет как бы невзначай: – Прошло четыре. Но я думаю, что еще десятка у меня есть. Полина, то, что я вообще оперирую, – чудо. Десять лет – это настоящий подарок. Молиться о большем будет нечестно.

Об этой истории
Полина – взбалмошная восемнадцатилетняя мажорка, которая росла без матери и отчаянно хотела обратить на себя внимание отца. Спасаясь от удушающего одиночества, Полина регистрируется на сайте знакомств и умышленно добавляет себе возраста. Илья – рассудительный военный хирург, который не ищет серьезных отношений, вот только в один роковой день всё меняется. Юная девушка с сайта знакомств становится для мужчины непреодолимым, запретным искушением. ... Они встретились, чтобы расстаться и расстались, чтобы потом быть вместе навсегда. «Единственные» – это психологический роман, рассказывающий о силе любви, с помощью которой можно преодолеть все преграды, и о силе прощения: так сложно кому-то довериться, но если сделать это, то можно почувствовать, как за спиной раскрываются крылья и несут тебя в счастливую жизнь.





