Она прошептала:
— Барт, я видела, что ты разговариваешь с Джоном. Я же тебе говорила, чтобы ты держался от него подальше. Он жестокий старик и может отомстить. Имей это в виду.
Кому же верить после этого? Он говорит то же самое про нее. Когда-то я думал, что можно доверять всем. Теперь я понял, что все притворяются, а на поверку они совсем другие. Никогда не любят, когда говорят, что любят, особенно если это касается меня. Может быть, только бабушка на самом деле любит меня и Джон Эмос. От этой мысли я пришел в недоумение. Ведь если правду говорит Джон Эмос, то он единственный верный мне друг. Если это так, то бабушка — мне не друг. Или наоборот. Мне надо выбирать, но как выбрать? Как принять решение? Когда я полулежал на коленях у бабушки, прижавшись к ее мягкой груди, я верил, что она любит меня. Она и в самом деле моя родная бабушка.
А вдруг нет?..
Я ходил к ней уже несколько недель. Джон Эмос был моим другом только несколько дней. Может быть, проверить: если он каждый день станет дожидаться моего прихода, тогда он верный друг. Допустим, семь дней. Семь — число, означающее удачу. Будет ли он мне другом семь дней подряд? Уже пять дней разговоров с ним в его таинственной «дыре» научили меня тому, что все женщины лживы и лицемерны.
— Барт, милый, — прошептала бабушка, целуя меня через вуаль. — Не бойся ничего, но не подходи к Джону Эмосу и не верь ничему, что он скажет. — Она погладила меня и улыбнулась. — А теперь беги в стойло и посмотри хорошенько: увидишь что-то, что мечтает иметь каждый мальчик. И все они будут завидовать тебе.
Она все еще что-то говорила, но я уже соскочил с ее колен и бежал со всех ног к сараю.
Ура! Наконец! Каждый день, как талисман, я носил яблоко в кармане, надеясь на чудо. Каждый день я крал из кухни сахар, надеясь на чудо! Каждую ночь молился, чтобы у меня был пони. Он будет любить меня больше, чем всех! Я пробежал все расстояние до сарая, ни разу не упав, как на крыльях. Я внимательно посмотрел в сумрак сарая: это был не пони!
Это была собака. Большая лохматая собака, которая приветливо махала хвостом и уже с любовью заглядывала мне в глаза, хотя я еще ничего не сделал, чтобы завоевать ее любовь. Она была привязана за ошейник к грязному колу. Мне хотелось плакать. Собака завиляла всем телом, выражая свою радость, но я ее ненавидел.
Послышались шаги бабушки и ее тяжелое дыхание. Она прибежала следом за мной.
— Барт, милый, не огорчайся, что это не пони. Я хотела бы купить тебе пони, но, как я уже говорила тебе, ты приходил бы домой пропахший лошадиным потом. И Джори, и родители сразу бы узнали обо всем. Они никогда бы больше не отпустили тебя ко мне.
Я опустился на колени и уронил голову. Мне хотелось умереть. Я ел все ее угощения, страдал от ее поцелуев и объятий, а она… так и не купила мне пони.






