Развернулась, чувствуя, как в груди становится пусто и одновременно слишком тесно. Сделала несколько шагов к машине, но прежде чем открыть дверь, всё же обернулась.
Он всё ещё стоял там. Неподвижный. Сдержанный. Почти спокойный.
Только теперь я знала, сколько всего скрывается за этим спокойствием.
Я села в машину, дверь закрылась с глухим щелчком.
Буквально через минуту мы тронулись. Я специально не стала смотреть в боковое окно, только вперед.
***
Дорога до аэропорта прошла почти в полной тишине.
Водитель не пытался завязать разговор, и я была благодарна за это. Город постепенно просыпался, мы проезжали сквозь него. Редкие прохожие, кофейни с включённым светом, мокрый асфальт, в котором отражались бледные утренние облака. Всё выглядело так, будто этот день ничем не отличается от сотен других.
Только для меня он разделял жизнь на «до» и «после».
Я смотрела вперёд, на лобовое стекло, где небо становилось всё светлее, и старалась не прокручивать в голове момент, когда машина тронулась от дома. Не возвращаться к тому, как он стоял неподвижно. Не представлять, остался ли он на том же месте ещё хотя бы минуту.
Когда впереди показалась территория частного терминала, я медленно вдохнула. Металлические ворота, охрана, бетонная полоса, запах топлива в воздухе, всё это выглядело чужим, но одновременно слишком знакомым за последние дни.
Самолёт уже ждал. Тот же, на котором мы прилетели сюда. Прошло чуть больше недели, а мне казалось, что я пробыла в Бельгии несколько месяцев.
Автомобиль остановился. Один из людей Роули вышел первым, открыл мне дверь. Второй уже доставал чемодан из багажника.
Я ступила на бетон, почувствовав под подошвами твёрдость и холод. Ветер здесь был сильнее, вероятно, из-за открытой местности, он трепал волосы, выбившиеся из хвоста, и приносил запах топлива.
Никто не задавал вопросов.
Никто не прощался. Да и с кем тут прощаться? Все были незнакомы.
Всё происходило чётко, без эмоций, как и должно было.
По трапу я поднялась медленно, будто растягивая секунды. Внутри самолёта было тихо, приглушённый свет, мягкие кресла кремового цвета, узкие иллюминаторы, через которые уже пробивался утренний свет.
Я заняла место у окна.
Двое его людей занесли багаж и устроились дальше в салоне, оставляя мне пространство. Они не смотрели на меня пристально, но я ощущала их присутствие, как напоминание о том, что этот отрезок пути всё ещё контролируется не мной.
Достала телефон.
Экран вспыхнул.
Время.
Сообщений не было… или я просто не хотела открывать уведомления. Палец завис над именем Кэролайн, потом над именем Митча, но я убрала телефон обратно, не написав никому.
Пока нет.
Пусть этот полёт будет паузой.
Самолёт начал медленно выруливать на взлётную полосу.






