ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я думала, что мне удалось сбежать, найти безопасное место. Даже почти поверила, что смогу выждать, накопить и купить новые документы, начав всё заново. Но стоило прошлому появиться в дверях бара, как стало ясно, что партия еще не закончена. Теперь мне предстоит решить, кем я стану дальше: пешкой, которую легко убрать, или фигурой, способной изменить расстановку сил. ... Данная история входит в серию Chess. Первая книга - Пешка, вторая книга (заключительная) - Ферзь. Ферзь Анастасия Пименова Я думала, что мне удалось сбежать, найти безопасное место. Даже почти поверила, что смогу выждать, накопить и купить новые документы, начав всё заново. Но стоило прошлому появиться в дверях бара, как стало ясно, что партия еще не закончена. Теперь мне предстоит решить, кем я стану дальше: пешкой, которую легко убрать, или фигурой, способной изменить расстановку сил. Данная история входит в серию Chess. Первая книга - Пешка, вторая книга (заключительная) - Ферзь. Глава 1 Глава 1 Полтора месяца спустя. Мне казалось, что я нашла неплохое место. Крошечный городок на окраине страны со странным названием Хэппи-Валли-Гуз-Бей, которое будто бы только этим и насмехалось надо мной и всей той ситуации, в которой я оказалась. Правда, для того, чтобы сюда добраться пришлось повозиться. Первые пять дней я жила в режиме бегства. Без плана и без точки «прибытия». Меняла автобусы, пересаживалась на электрички, выходила раньше, чем собиралась, снова садилась, ехала дальше. Дешёвые мотели с выцветшими коврам

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Митч коротко, почти облегчённо усмехнулся, будто в этой просьбе было что-то привычное, живое, не связанное ни с деньгами, ни с Роули, ни с моим отъездом.

– О, поверь, – сказал он, покачав головой, – Кэролайн может. И будет. Если ты появишься без предупреждения, она сначала обнимет тебя, а потом устроит допрос с пристрастием.

Я невольно улыбнулась, представив это. Да, именно так я и думала ранее.

Кэр с её идеальной осанкой, скрещёнными руками и тем самым взглядом, от которого хочется одновременно оправдываться и смеяться.

– Вот поэтому и прошу, – тихо сказала я. – Мне нужно хотя бы пару дней, чтобы… прийти в себя. Чтобы не сорваться при первом же её «ты вообще думала?».

Митч хмыкнул.

– Она скажет не так. Она скажет: «Ты понимаешь, что я переживала?» и будет смотреть так, будто ты совершила государственное преступление.

– Звучит правдоподобно.

Мы на секунду замолчали, и эта пауза уже не была тяжёлой.

– Я не скажу ей, Аника. Это твоё право.

Кивнула, чувствуя простую, спокойную благодарность.

– Спасибо, Митч.

Он сделал ещё шаг ближе, но не нарушил дистанцию окончательно, словно мы оба интуитивно понимали границу.

– Я, кстати… – начал он и чуть замялся, что для него было редкостью. – Я тоже вернусь туда позже, как и говорил. И если ты всё ещё будешь там… не надумаешь куда-нибудь сбегать, уезжать, – добавил он чуть тише, – можем встретиться.

Я задержала взгляд на лице Митча, на знакомых чертах, на лёгкой усталости под глазами, на том, как он держит стакан, словно ему нужно за что-то держаться.

– Да, конечно, – сказала я мягко. – Только… – я едва осеклась, не зная, как именно сказать следующее, а парень приподнял бровь. – Только как друзья, Митч.

В итоге, сказала, как есть.

Он несколько секунд смотрел на меня, а потом по-настоящему улыбнулся.

– Я так и понял. Ты всегда любила расставлять точки заранее. Даже в той же школе. Похоже, с годами это ничуть не изменилось.

– Это экономит время.

– И разбитые сердца? – уточнил он с лёгкой иронией.

Я на это высказывание лишь усмехнулась.

– Не преувеличивай. Ты достаточно устойчивый.

– О, спасибо. Как приятно слышать, что я эмоционально вынослив.

– Ты врач, – пожала плечами я. – Вы обязаны быть.

Он покачал головой.

– Мы просто хорошо делаем вид.

Мы оба улыбнулись, и на секунду стало почти легко, так, как было когда-то давно, до всего этого хаоса, до решений, которые приходилось принимать слишком быстро.

– Я рад, что ты сказала, – произнёс он уже серьёзнее. – Про друзей.

– Почему?

– Потому что иначе я бы всё равно надеялся.

В его словах не было упрёка, только честность.

Я почувствовала лёгкий укол где-то внутри, но не от сожаления, скорее от понимания.

– Я не хочу никому сейчас давать ложных надежд, – сказала я. – Даже тебе.

Короткий кивок.

– Это справедливо.