ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я думала, что мне удалось сбежать, найти безопасное место. Даже почти поверила, что смогу выждать, накопить и купить новые документы, начав всё заново. Но стоило прошлому появиться в дверях бара, как стало ясно, что партия еще не закончена. Теперь мне предстоит решить, кем я стану дальше: пешкой, которую легко убрать, или фигурой, способной изменить расстановку сил. ... Данная история входит в серию Chess. Первая книга - Пешка, вторая книга (заключительная) - Ферзь. Ферзь Анастасия Пименова Я думала, что мне удалось сбежать, найти безопасное место. Даже почти поверила, что смогу выждать, накопить и купить новые документы, начав всё заново. Но стоило прошлому появиться в дверях бара, как стало ясно, что партия еще не закончена. Теперь мне предстоит решить, кем я стану дальше: пешкой, которую легко убрать, или фигурой, способной изменить расстановку сил. Данная история входит в серию Chess. Первая книга - Пешка, вторая книга (заключительная) - Ферзь. Глава 1 Глава 1 Полтора месяца спустя. Мне казалось, что я нашла неплохое место. Крошечный городок на окраине страны со странным названием Хэппи-Валли-Гуз-Бей, которое будто бы только этим и насмехалось надо мной и всей той ситуации, в которой я оказалась. Правда, для того, чтобы сюда добраться пришлось повозиться. Первые пять дней я жила в режиме бегства. Без плана и без точки «прибытия». Меняла автобусы, пересаживалась на электрички, выходила раньше, чем собиралась, снова садилась, ехала дальше. Дешёвые мотели с выцветшими коврам

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сейчас, в данный момент, когда я сидела за кухонным столом, слушала, как наверху у Брайера всё ещё играет мультфильм, как Кэролайн тихо переговаривается с Логаном уже в гостиной, чувствовала, что напряжение последних дней наконец начинает отпускать.

Но вместе с облегчением пришло другое понимание.

Я думала, что самое страшное… это потерять его.

Оказалось, не только.

Страшно было осознать, насколько глубоко меня задела сама возможность этой потери. Насколько сильнее, чем я готова была признать, чем позволяла себе думать, чем показывала кому-либо.

Я в очередной раз посмотрела на Винсента, сидящего напротив, где более никого не было. Обратила внимание на то, как он держит чашку левой рукой, чуть осторожнее, чем обычно, как пальцы правой, зафиксированной, всё равно едва заметно двигаются, будто он не привык к ограничению, как в линии его плеч по-прежнему читается напряжение, которое не имеет ничего общего с физической болью.

Что теперь? Именно данный вопрос мне и хотелось задать, но я уже знала ответ… ничего не поменялось. Мы тогда попрощались в Антверпене. Каждый должен был жить своей прежней жизнью… Я выяснила, что он жив и… на этом всё.

История завершена.

Только почему тогда в груди не возникает ощущения завершённости?

Почему вместо облегчения… тихое, нарастающее напряжение, будто всё самое сложное начинается именно сейчас?

Роули поднял взгляд, поймав мой, и на секунду в его выражении мелькнуло что-то слишком внимательное, слишком точное, как будто он не просто смотрел, а считывал.

– Ты хочешь что-то спросить, – произнёс он негромко.

Я чуть качнула головой и выдала короткую улыбку.

– Уже нет. Просто рада, что ты жив и что… всё закончилось. И я, кстати, тебя так и не поблагодарила за Митча, за мой долг… я правда отдам тебе, как только…

– Не стоит. Считай это моральной компенсацией.

– Если подумать в таком ключе, то я тебе тоже обязана сделать подобную компенсацию, только боюсь, что не расплачусь до конца жизни, – с усмешкой сообщила ему, а он понимающе улыбнулся. – И в карте, которую передал Дэниэл правда не было необходимости.

Ладно, здесь я немного соврала, а мужчина едва заметно приподнял бровь.

– Не было необходимости? – переспросил спокойно, но в его голосе скользнуло то, что означало неверие.

Я пожала плечами, стараясь сохранить лёгкость.

– Абсолютно. Я вполне способна справляться сама. Иногда.

– Иногда, – повторил он с лёгкой усмешкой. – Это уточнение мне нравится.

На данную реплику лишь закатила глаза.

Винсент сделал глоток из чашки, всё так же левой рукой, медленно, не сводя с меня глаз поверх края фарфора.