Я еще раз открываю чат с Максом в телефоне, но на мой вопрос, в классе ли он, который я отправила десять минут назад, ответа так и нет. Я осторожно прикладываю ухо к двери, чтобы понять, что там происходит. Кажется, Светлана Анатольевна говорит что-то про ЕГЭ.
Стою еще пару минут, переминаясь с ноги на ногу, а после робко стучу и медленно открываю дверь.
– Здравствуйте, извините за опоздание, можно войти? – осторожно спрашиваю я.
Светлана Анатольевна замолкает, и весь класс смотрит на меня. Не то чтобы я слишком стеснительная, наверное, наоборот, но когда дело касается учебы и преподавателей, все иначе.
– Так, Ильина, почему опаздываем? Урок начался десять минут назад. – Я встречаюсь с ее грозным взглядом, но при этом не отвожу глаз.
– Извините, на дороге была пробка и…
– Мне неинтересно, что там было, – вы знаете правила и устав школы. Я имею полное право не пустить вас на урок, – монотонно произносит она, складывая руки на груди.
– Но я не виновата…
– Я сказала – неинтересно!
Мы продолжаем смотреть друг другу в глаза. Я и раньше опаздывала на ее уроки, но ничего подобного не случалось. С тех пор как я рассталась с Витей, Светлана Анатольевна как с цепи сорвалась. Цепляться ко мне она начала в этом учебном году. Сначала я не понимала, почему так происходит, но после упомянула об этом в разговоре с одноклассниками и вот что узнала. Весь десятый класс Светлана Анатольевна готовила Витю Громова ко всероссийской олимпиаде по русскому языку. Он удачно прошел региональный этап и оставался только заключительный.
Однако в тот период произошло наше расставание, и Громов сначала отказался от заключительного этапа, наплевав и на собственные старания, и на вклад учителя в свое развитие. Скинул все на болезненное расставание и заявил, что не может принимать участие, а после и вовсе переехал.
– Если вам больше нечего сказать, то покиньте кабинет.
Я понимаю, что если сейчас уйду, то проиграю эту битву.
– Да, есть кое-что. – Я делаю маленький шаг вперед. – Через месяц у нас экзамены, и ваш предмет обязателен для всех. В том числе и для меня. Если я пропущу последние темы, то плохо сдам экзамен, если плохо сдам экзамен, то это повлияет на вашу репутацию в школе, а также на ваши премии. – Я снова смотрю на одноклассников. Встречаюсь с перепуганным взглядом Софы, а после смотрю на Диму и вижу, как он уверенно поднимает палец вверх. Тихонько киваю ребятам, чтобы они поняли, что у меня все под контролем. Наверное. – Ты смеешь мне хамить?
– Я лишь озвучила факты, и ничего больше, Светлана Анатольевна, – спокойно отвечаю я с улыбкой.
– Вон из кабинета! – снова кричит она, указывая рукой на дверь.
– Э-э… Здравствуйте… Я ведь даже зайти не успел, – раздается за моей спиной знакомый голос.






