– Да как тут не волноваться? Я вообще думала, что он тебя прибьет! Однако и Ромашке досталось… Кстати, где ты научился драться? – прищуриваюсь я.
– Это все заслуга папы, он учил меня еще в детстве. А тебе узнать неоткуда было, мы это не обсуждаем.
– И то верно… Думаешь, физрук расскажет кому-нибудь?
– Честно говоря, очень сомневаюсь. Ему незачем. Но думаю, если это повторится, то во второй раз так хорошо все не закончится.
– А ты думай перед тем, как в драку лезть!
Я, забывшись, легонько хлопаю его по лбу.
– Ай, Василис, больно же! Походу, шишка будет…
– Вот и береги голову!
– Этот придурок на меня первый набросился! Я должен был молча стоять, чтобы меня в котлету превратили?! Это не в моих принципах.
– Принципиальный ты мой, езжай домой.
– Короче, это просто какой-то цирк, – говорю я Катьке.
– Ну у тебя там точно не соскучишься. Но мне теперь интересно, из-за чего они так сцепились.
Я поправляю экран ноутбука, чтобы лучше ее видеть.
– Я думаю, из-за какой-нибудь дурацкой шутки со стороны Ромы, он тот еще… юморист. Но знаешь, у Максима стальные нервы, и я не помню, когда его вообще видела таким поникшим. А уж чтобы он дрался… Что на него нашло, не понимаю.
С подругой мы проболтали еще минут тридцать и разошлись каждая по своим делам. Когда я приехала из школы, дома никого не было и Катя оказалась не занята, поэтому мы смогли вдоволь наговориться. Но теперь мне надо было заняться подготовкой к экзаменам.
На улице давно стемнело. Я закрываю тетрадь для подготовки к экзамену по русскому языку. Бросаю взгляд на телефон, который все это время лежал на краю стола. Мысль написать Ромашке мучила меня с того момента, как я вернулась домой. В медкабинет мы тогда зашли первыми, а они с Кариной остались за дверью. Когда мы вышли, коридор был пуст.
В конце концов, я же просто хочу узнать, как его самочувствие, он мой напарник. Что здесь такого?
Рома
В комнате тихо играет музыка. Неоновая подсветка создает спокойную атмосферу.
– Слушай, а может, есть еще что-то холодное, кроме пельменей из морозилки? – настороженно спрашиваю я.
– Эй, Ромыч, это святое! Мама сама лепила, прикладывай, пока не разморозились. – Никита протягивает мне пачку.
– Ну, если бы кто-то меньше кулаками махал, то и холод бы не понадобился, – раздается из-за компьютера серьезный голос Дани.
– Хорошо, мамочка. В следующий раз сначала спрошу разрешения у тебя, – огрызаюсь я.
– Завали, – ворчит Даня. – Чего вы вообще сцепились?
Раздается звук уведомления, и Никита хватает телефон, но через мгновение понимает, что сообщение пришло не ему.
На моем экране светится сообщение от Нечисти: «Привет! Как ты?»
Я действительно удивлен. Когда она подлетела к этому придурку Максу, у меня внутри все сжалось. Хочу, чтобы и обо мне так переживали и заботились.






