Вацлав недовольно скривился и такая реакция на вполне адекватный вопрос выглядела странно. Мне ведь всего-то надо знать, ушел этот тип или нет, чтобы я могла спокойно выйти из подъезда, не боясь встретить эту подозрительную волчью личность.
И вот смотря на хмурое, упрямое лицо, я понимаю, что этих двоих что-то связывает, и пусть парень даже не отвергнутый, но эта парочка все равно заметно отличается друг от друга, чтобы водить дружбу или затевать общее дело.
– Он… – тут его губ коснулась мимолетная, но очень коварная улыбка, а черные глаза маняще заблестели, – уже ушел.
Странно, а еще непонятно. И вот что-то я ему совсем не верю. Хотя какой смысл ему обманывать меня?
– Ты не хочешь случайно рассказать, что вас с ним связывает?
Вацлав вздрогнул, вмиг ощетинившись, и так посмотрел на меня из-под темных бровей, что я даже успела пожалеть, что умею говорить. Да что с ним такое? То ведет себя вполне адекватно, то превращается в настоящую бомбу готовую вот-вот рвануть.
– А тебя это как-то касается? – холодно спросил Вацлав, вроде как успокоившись. Вот только черные глаза продолжают предостерегающе гореть.
– Просто в первую нашу встречу, он размышлял кому можно подороже меня впихнуть…
– Что он делал? – с неожиданным интересом спросил Вацлав, тут же убрав с лица жуткое выражение.
– Он перечислял кому меня можно продать и размышлял, кто же даст больше. – Помню именно эти слова больше всего меня напугали, а вместе с кулоном, на котором изображен символ отвергнутых, я вообще удивляюсь, как я могла еще на ногах стоять и что-то ему говорить. Хотя сейчас я вспомнила кое-что еще, вчера он сказал – «они уже идут» – не значит ли это, что он меня предупреждал об отвергнутых? Если честно, предупреждение получилось ужасное, но все же. А вообще, с этим парнем явно что-то не так. Таких странных оборотней мне еще не приходилось встречать.
– А он с далека начал, – с усмешкой произнес Вацлав.
Как же меня бесит, что я ничего не знаю, а вот этот вот, стоящий совсем рядом, похоже хорошо осведомлен о происходящем. Что-то мне подсказывает, что у этих двоих своя игра. Но тогда причем здесь я?
– Так ты мне рассказывать ничего не будешь? – Я с надеждой взглянула на мужчину, надеясь на его отзывчивость… Но пугающие, черные глаза, в которых радужка сливается со зрачком, дали понять, что меня и дальше собираются держать в неведенье.
– Это уже какой-то каламбур, – тихо произнес Вацлав и подойдя к окну, выглянул на улицу. – Пора все это заканчивать.
– Ты о чем?
– Скоро узнаешь. – Вацлав задумчиво склонил голову, смотря на меня не мигающим и от этого еще более пугающим взором.
– Ты чего? – Блин, как по мне, так только маньяк на свою жертву смотрит, когда решает какую руку сначала отпилить, правую или левую.
– Думаю, как будет лучше.






