О чём он говорил с Катариной?
Да, ни о чём.
– Максим, так любишь?
В какой-то момент Ерёменко отчётливо осознал, что любит свою жену. Бывшую жену.
Усмехнулся сам себе.
Ну что, козлик старый, натрахался? Налюбил молодое тело? Потешил эго?
Пора и честь знать.
Идти с повинной головой.
Только вот… идти было некуда.
– Мама умерла. Тромб. Она… она просто упала на паркет.
– Куда?
– На паркет. Она… она танцевала.
Глава 8
Глава 8
Танцы. Всё, что осталось.
Нет, на самом деле Вера верила, что нет.
Всё еще будет. Как в старой песне. Южный ветер ещё подует. И весну еще наколдует.
Весну. Радость. Счастье.
Молодость.
Когда всё впереди.
Почему-то теперь каждый день Вера вспоминала себя ту, раннюю, восемнадцатилетнюю. Студентку с горящими глазами, готовую к любви.
Пыталась восстановить жизнь день за днём и зависла на юности.
На молодости.
Она была счастлива тогда.
Несмотря ни на что.
Ни на лихие девяностые, проносившиеся ураганом по жизни страны. Ни на бедность. Ни на безденежье. Ни на другие проблемы.
Ей казалось, что тогда никто этого особенно не замечал, по крайней мере из её ровесников, из её среды. Из тех, кто учился, у кого было стремление получить профессию.
Бандитские разборки и малиновые пиджаки, всё это словно существовало параллельно. Её и её близких не особенно затрагивая.
Да и зачем было их затрагивать? Брать у них особенно было нечего.
Мама работала в НИИ, папа тоже сидел в так называемом «почтовом ящике», это сначала. Потом стал торговать – выживать как-то нужно было.
Вера тогда всё это понимала, что родители в сложном положении. Это им, молодым, легко перестроиться под реалии нового мира, а родителям не так просто. Сегодня ты инженер, работаешь над серьёзными разработками, в секретной организации, а завтра стоишь в «Лужниках» и торгуешь ночнушками, которые шили бедные турецкие дети.
Вера помнила, что папа так шутил.
Родители тяжело перенесли её развод.
У отца было больное сердце, и Вера сначала не хотела говорить. Но как не сказать? И потом, был же Ванька. Приучать ребёнка врать?
Восемнадцатилетний сын на самом деле как-то сразу перестал быть ребёнком. Возмужал.
Постоянно интересовался как она, нужно ли ей что-то.
– Всё хорошо, сынок, не беспокойся. Ты как? Деньги есть?
– Мам, я же работаю!
– Главное, чтобы учёте не мешало.
– Я стараюсь, мам, всё норм. Ты как?
– Да я отлично. Школу всё-таки закрыли, теперь у меня всё онлайн, но мне так удобнее. Хожу на танцы чаще.
– Танцы? С кем?
– С Лилит, помнишь, моя коллега. Думаем с ней съездить куда-нибудь на курорт. Может в Таиланд? Ты как? Хотел бы?
– Мам, учёба пока, и работа. Некогда.
– Ты и на каникулах будешь работать?
– Да. Отпуск только летом теперь.
– Поняла. Сынок, может встретимся? Просто погуляем? Давно не виделись.
– Мам, на той неделе же ты заезжала.
– Уже десять дней прошло, я скучаю.






