Катарина внезапно начала давить на мозг, намекая, что на даче будет хорошо деткам, но это же была Верина дача? Вера эту дачу любила?
– Вере твоей и так всего много, а у нас с тобой ребёнок, ей что летом в городе сидеть?
Вера от дачи отказалась. Почему-то Максим понимал, что без Катарины не обошлось. Но думать об этом не хотелось.
С квартиры Вера съехала. Ванька тоже.
Сын вроде бы с Максимом нормально общался. Но то-то и оно, что «вроде бы». Макс знал, что Ваня снимает квартиру, вроде как с другом. Недалеко от института. Самостоятельный совсем, подрабатывает. Сильно не куролесит. То есть, вообще нет. Серьёзный парень. Вроде и взрослый уже, а пацан, ребёнок.
Ребёнок, у которого была хорошая, дружная семья, и вдруг её нет.
Пустота.
Максим чувствовал эту пустоту.
Не заполнить её было.
Катарина? Дочь её? С дочкой он как раз подружился. Милая девочка, Даринка, ласковая как котёнок, которая однажды тихо его спросила:
– Дядя, а ты уже насовсем останешься или тоже уйдёшь?
Ерёменко тогда опешил, не знал, что сказать, хотел у Кати спросить, но девчонка глазки округлила и пальчик к губам приставила, умоляя:
– Мамочке не говори…
Усмехнулся он. Надо же…Тоже уйдёшь… Получается, не первый он тут такой вот… папка. Нет, он, конечно, совсем-то лохом не был, знал, что у Кати мужики были, да она и не скрывала.
Честная.
Почти…
– Останусь, малыш. Не уйду.
– А ты моим папой будешь или просто?
Максим не знал. Он не собирался быть папой чужой девочки, у неё же должен был быть родной, папа, да? А у него есть сын. И… может еще кто-то будет. По крайней мере Катарина намекала, улыбаясь застенчиво.
Но этот искренний вопрос девочки его обезоружил.
– А ты хочешь, чтобы я был твоим папой?
– Хочу. Ты добрый. И пахнешь вкусно. И не щиплешься…
Последнее слово буквально опрокинуло его.
Ей пять лет! Всего пять! Кто её мог щипать? И… в каких местах?
При мысли об этом дурно стало.
В горле пересохло.
Завис, пытаясь осознать…
– Дядя Максим, пожалуйста, будь моим папой?
Ручки к нему протянула, и смотрела так искренне. Обнял он её. Улыбнулся.
– Буду.
– А можно тебя папой называть?
– Можно!
–Это что еще за новости? – Катарина почему-то была недовольна этим фактом. – Какой папа? Дарина, ты что?
Максим видел, что девчушка чуть не плачет, обнял.
– Мы решили, что я буду папа.
– Максим, я не думаю, что это хорошая идея, мы…
– Я сказал, что я папа, это не обсуждается.
Фактически первый раз он был так груб с Катариной.
Пришлось извиняться. Весьма традиционным способом. Невеста захотела шубку.
Ерёменко смотрел, как она примеряет уже двадцатую модель в элитном салоне, в обычный «дешманский» как сказала Катя, они не пошли. Потому что «там все лохушки одеваются». Максим сдуру ляпнул, что покупал там шубу Вере, Катарина только усмехнулась.
Это выбесило.
Как любое упоминание о бывшей.






