Большая дорожная сумка такого же зеленого оттенка, что и плащ, была выпотрошена… Часть вещей вывалилась рядом с телом, это были какие-то шарфики, чулки, трусики… Но, очевидно, не было самого главного… Денег? Документов? Писем? Лору Садовникову убили зверским образом: ей перерезали горло. Не пристрелили, как тогда, в ПЕРВЫЙ И ВТОРОЙ раз, а зарезали, как животное, принесенное в жертву… Так же, как был убит Изотов? Она что же, не кричала, когда убийца, появившись перед ней, достал свое страшное оружие? Почему она не подняла шум, чтобы привлечь внимание соседей? Или она сознательно промолчала, понимая, что заслужила такой страшный конец? Юля, облокотившись о перила, стояла, закрыв руками лицо, и пыталась взять себя в руки. Опять Лора, и снова труп – не слишком ли много за последнюю неделю? Так недолго и сойти с ума. Она отняла пальцы от глаз – видение не исчезло. Женщина по-прежнему лежала на цементном полу… Глаза ее были закрыты. Юля обошла убитую и трясущимися руками открыла свою дверь. Она бы не удивилась, если бы увидела перед собой того СТРАШНОГО человека, которого только что встретила на улице… Но его не существовало. Она это знала. Как знала и то, что стоит ей сейчас выйти из квартиры, и выяснится, что лестничная площадка пуста, что на полу никого нет… И только слабый запах духов напомнит ей о призраке. Она вошла в квартиру и закрыла за собой дверь. Но потом снова открыла дверь – женщина с перерезанным горлом словно ждала, когда же ее, наконец, начнут воспринимать всерьез. И тогда Юля, не закрывая двери, протянула руку и, схватив со столика в прихожей телефонный аппарат, начисто позабыв о существовании сотового телефона, набрала домашний номер Крымова… Но его не было дома. Должно быть, ему все же удалось соблазнить Гусарову и повести ее в соболевский притон. Надя? И у нее телефон молчал. Оставался Шубин. Если и его не окажется, ей придется звонить в милицию. Когда после пяти длинных гудков раздался голос автоответчика, говорившего голосом Шубина, Юля от досады чуть не заплакала. Но тут послышался характерный щелчок, затем она услышала: – Кто это? – Шубин, это ты? – Юля? Слава богу… Я уже и не знал, где тебя искать… Я только что от тебя… – От меня? Ты что, был ЗДЕСЬ? – Ну да… Ты откуда звонишь? – Из дома… Игорь, у меня на лестничной площадке на полу лежит женщина… Она как две капли воды похожа на Лору Садовникову… Она мертва, Игорь… – Юля уже рыдала в трубку. – Ей перерезали горло… Что мне делать? Я звоню тебе, а дверь у меня открыта, чтобы это привидение не исчезло… Я так больше не могу… Мне страшно… – Ничего не предпринимай. Запрись и жди меня. Я приеду, ты посмотришь в «глазок» и только после этого впустишь меня, договорились? – Да, я тебя жду. Ей казалось, что прошла целая вечность.

Об этой истории
Первое дело частного детектива Юли Земцовой едва не стало для нее последним. Расследуя убийство бизнесмена и его жены и пробираясь сквозь паутину фальшивых улик, Юля обнаруживает связь между этим страшным преступлением и бесследным исчезновением тринадцатилетних девочек – жертв маньяка, ее безжалостного и, казалось бы, неуловимого противника в этой смертельной игре… Крылья страха Анна Васильевна Дубчак Первое дело частного детектива Юли Земцовой едва не стало для нее последним. Расследуя убийство бизнесмена и его жены и пробираясь сквозь паутину фальшивых улик, Юля обнаруживает связь между этим страшным преступлением и бесследным исчезновением тринадцатилетних девочек – жертв маньяка, ее безжалостного и, казалось бы, неуловимого противника в этой смертельной игре… Часть I Часть I Глава 1 Он сказал, что она стала громко кричать. Она раздражала его своим криком и воплями, и тогда он не выдержал. Да, он так и сказал, что, если бы она не кричала, он бы, возможно, и не убил ее и что нож оказался в подвале якобы случайно, такой большущий охотничий нож, с каким ходят на медведя. А когда Юля спросила его, почему же на теле девочки обнаружили семь глубоких ножевых ран, хотя для того, чтобы заставить ее замолчать, достаточно было бы всего одной, он ответил, что после первого удара ему все стало безразлично и он вонзал нож во все мягкие участки тела, пока не понял, что девочка мертва. И тогда он снова сделал это. Словно ему было все равно, жива она или нет. Ведь тело-то было еще теплым.





