ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Впервые на русском последний роман Бернхарда Шлинка, автора прославленного «Чтеца», пронзительная история о столкновении поколений, о невозможности забыть свое прошлое, о парадоксах любви и времени. ... Каспар и Биргит прожили вместе всю жизнь. Много лет назад она бежала к нему из Восточного Берлина в Западный, навстречу любви и свободе. Однако лишь теперь, на склоне лет, Каспару суждено было узнать о цене, которую Биргит пришлось заплатить за свое бегство. Однажды, вернувшись домой, Каспар обнаруживает жену в ванной. Она покончила с собой. В поисках ответов Каспар погружается в прошлое женщины, которую, как ему казалось, он хорошо знал. Одни вопросы порождают другие, расследование Каспара приводит его в странные, мрачные места, где прошлое вновь возрождается к жизни…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Можешь оставить себе. – Свеня встала. – Ну, я пойду. 10 Каспар думал, Зигрун исчезла бесследно и, если она сама не выйдет на связь, он никогда не узнает, где она. Но в начале следующего месяца он получил выписку из счета своей кредитной карты. Зигрун улетела в Австралию, сняла в Сиднее небольшую сумму со счета, остановилась в хостеле, несколько раз дешево пообедала в китайском ресторане и купила электропианино. Потом поехала на автобусе в Брисбен. Может, у нее там были друзья, у которых она остановилась? Во всяком случае, она не тратилась на хостел и не снимала сумм, похожих на плату за жилье. Потом был обед или ужин в ресторане, явно на несколько персон. За последнюю неделю она ни разу не воспользовалась картой. Так он отслеживал Зигрун месяц за месяцем до сентября. Она осталась в Брисбене, купила себе подержанную мебель в какой-то благотворительной организации, матрац, кухонный комбайн, книги, ноты и регулярно покупала продукты в супермаркете. Она явно нашла работу, потому что почти не снимала деньги со счета. Только в сентябре ее активность опять повысилась – видимо, в связи со скорым истечением срока годности карты. Каспар давно уже получил новую кредитную карту, но активировал ее лишь в конце сентября, как можно позже. Свеня в первые месяцы тоже была в курсе дел Зигрун: каждый раз, получив очередную выписку, он звонил ей и отчитывался. Кроме того, Свеня еще раз приезжала в Берлин, чтобы еще раз услышать в подробностях, что произошло перед отъездом Зигрун в Австралию. От нее Каспар узнал, что паспорт, без которого она не могла улететь в Австралию, Зигрун получила для поездки в Кёнигсберг. – То, что должно было связать ее с немецкой землей, и оторвало ее от немецкой земли, – зло рассмеялась Свеня. Она говорила о нескончаемой работе в новой усадьбе, о Бьёрне, который чувствовал себя преданным дочерью и не желал больше слышать даже ее имени и за все, что случилось, – за Биргит, за Каспара, за предательство Зигрун – винил ее, Свеню. Каспар предложил ей почитать записки Биргит, но она отказалась, заявив, что ей незачем их читать, она и так может себе представить, что в них написано. Они опять сидели на скамейке в парке. Свеня не захотела идти ни к Каспару, ни в ресторан. Она не хотела задерживаться в Берлине. У нее был отсутствующий вид, и на ее лице Каспар не мог прочесть ни печали о том, что Зигрун была далеко, ни радости по поводу того, что та не потерялась, а благополучно устроилась в Австралии. В глазах ее застыли усталость и горечь. Каспару было жаль ее. Он хотел добиться дружбы с ней, которой желала им Зигрун, и обнял ее за плечи. Она не отстранилась, но и не приняла этого жеста. – Ну, я пойду, – сказала она через некоторое время, как в прошлый раз. При этом она улыбнулась, но ее улыбка ничего не обещала.