ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

История «Приходи, мы тебя похороним» продолжается. Настало время Любы. Судьбинушка. Люба Ольга Брюс История «Приходи, мы тебя похороним» продолжается. Настало время Любы. Глава 1 Глава 1 – Ну вот, Алексей Петрович, теперь вы совсем молодцом, – похвалила Алексея Регина. – Две недели в реанимации. Вам очень повезло, что за вас взялся сам Самсонов. Виталий Фёдорович – редкий талант. Мало того, что он вас вернул практически с того света, так ещё и руку вам спас. Я, если честно, думала, без ампутации не обойтись. Ну что, давайте пробовать подниматься. Долго я вас тут у себя теперь не задержу, уже завтра переведём вас в обычную палату. – Даже не знаю, радоваться мне этой новости или нет, – улыбнулся Алексей. – Конечно, радоваться! – кивнула Регина. – Вы же идёте на поправку. И, кстати, примите мои поздравления. Самсонов сказал мне, что все документы о вашем освобождении подписаны. А тут ещё и амнистию должны объявить. Я сама об этом по телевизору слышала. Так что скоро вы сможете вернуться домой. Хотите, я куплю конверт и принесу вам, чтобы вы написали родным письмо. Представляете, как обрадуется ваша семья. Алексей отвёл взгляд в сторону, немного помолчал, потом снова взглянул на добрую медсестру: – Родные у меня вроде бы есть. Дети. Пятеро. Взрослые все совсем. Одна только, младшая, Люба, ещё подросток. А вот семьи у нас нет. Вышло так, что каждый сам по себе. Жену я похоронил давно, да честно сказать, и при ней у нас в доме полный разлад пошёл. Возвращаться туда я не хочу. Может

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ей вдруг вспомнилась Людмила и её насмешливый голос:

– Да какая я тебе дочь? Тамбовская волчица тебе дочь! Или где ты там срок мотала? В сибирских лагерях? Ещё не хватало, чтобы какая-то убийца моей матерью была! Слава Богу, что это не так!

Анфиса подняла голову и, беспомощно посмотрев на висевшую в чёрной раме икону, прошептала беззвучно:

– Господи, Иисусе Христе, сыне Божий! Неужели сейчас и Любаша отречётся от меня? Забери ты меня тогда к себе, не мучай… Не вынесу я…

А Люба молча сидела и ждала, когда же бабушка начнёт свой рассказ.

И Анфиса, зная, что внучка ни за что не отступится от неё, пока не получит ответа, заговорила:

– Правильно люди говорят. Убивица я. Давно это было, а в людской памяти, видишь, осталось. Подлый человек он был, Игнат. Ссильничал меня сначала один раз, потом другой. Отца моего обвинил в том, чего тот не делал. Игнат сам бригаду колхозную сжёг, много имущества тогда погорело. А сказал, что это сделал мой отец. В глаза мне смеялся. Вот я и не выдержала. Топор под руки мне попался, а на глаза как будто пелена упала. Не ожидал он, что я способна на такое. Да я и сама не ожидала.

– Так ты этого Игната топором зарубила? – ахнула Люба.

– Ага, – тихо и спокойно произнесла Анфиса. – Суд потом был. Мне много дали, отец Игната уважаемым человеком был, председательствовал тут у нас. Отцу поменьше, но я свой срок отсидела и вышла. А папка так в тюрьме и помер.

– Ой, бабушка, почему же ты мне раньше об этом не рассказывала? – воскликнула Люба.

– Зачем? – покачала головой Анфиса. – Я бы сейчас ничего тебе говорить не стала, если бы ты сама не спросила.

Она немного помолчала, потом посмотрела на внучку:

– Уйдёшь теперь?

Любаша округлила глаза, сначала не поняв, о чём говорит бабушка, а потом всплеснула руками:

– Да ты что, ба! Ты как могла такое подумать?! Никогда я тебя не брошу! Ты же моя родная бабулечка, самая лучшая на свете!

Девушка потянулась, чтобы обнять старушку, но Анфиса вдруг отстранила её:

– Давай-ка уж тогда я расскажу тебе всю правду до конца. По больному-то будет легче. Родственницы мы с тобой, Любаша, только очень дальние. Что называется, седьмая вода на киселе. Никогда у меня не было детей. Я уже из лагеря вернулась, когда Тамара, прабабка твоя, перед своей смертью привела ко мне свою внучку. Мать твою, Людмилу. Маленькая она была ещё, несмышлёныш совсем. А уже осталась круглой сиротой. У меня тоже никого не было, вот я и взяла её на воспитание. Вырастила как собственную дочку. Заботилась, как могла. А потом вот такие же добрые люди рассказали ей о моём прошлом. И не выдержала Людмила, отвернулась от меня. Так, внученька, тоже бывает.

– Злая она была! – блеснула глазами Любаша. – Я не такая, как она. И никогда тебя не брошу.