ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НОВАЯ ЗВЕЗДА НОРВЕЖСКОГО ТРИЛЛЕРА. Роман переведен на 25 языков мира. ... Топ-3 бестселлеров Норвегии. Редактор Ю Несбё в издательстве «Aschehoug» Нора Кэмпбелл так отозвалась об этом романе: «Книга Хелене, на которую я наткнулась в ворохе рукописей, приходящих в издательство, стала для меня чем-то вроде великолепного подарка. Захватывающая с первой же страницы, она просто сбила меня с ног. Умная, тонкая история в обрамлении блестящего сюжета. Этот роман – поистине редкая находка…» В начале была ложь… Сара – психотерапевт. Она помогает людям избавляться от страхов и навязчивых мыслей. Но кто поможет ей самой?.. Утром Сара получила голосовое сообщение от своего мужа Сигурда, что он на даче у друзей. А вечером эти друзья позвонили узнать, почему Сигурд до сих пор не приехал… По мере того, как час тянулся за часом, злость превращалась в страх. А когда исчезновением Сигурда наконец заинтересовалась полиция, начались неприятные вопросы. Например, почему Сара стерла то утреннее сообщение мужа? Теперь она сидит дома одна, в своем личном кабинете, и пытается принимать пациентов. Но не может. Потому что в голове у нее воет буря. И она не в силах избавиться от ощущения, что за ней кто-то следит. Что бы ни случилось с мужем, думает Сара, она станет следующей… «Это новый норвежский автор, ворвавшийся в самую высшую литературную лигу». – Fædrelandsvennen «Совершенно выдающаяся триллер-терапия». – Bok 365 «В дебютном романе Хелене Флод все сделано абсолютно правильно». – Dagbladet «Невозможно оторваться… один из лучших триллеров года». – Stavanger Aftenblad

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Разобраться в истоках ощущения, что у нее нет ничего общего с окружающими.

Вижу в окно, что у обочины уже стоит «БМВ» матери Кристоффера, мигая аварийными огнями. Я ставлю точку; потягиваюсь, сидя на стуле, выкручиваю тело, как кухонную тряпку.

Когда я выглядываю в комнату ожидания, Кристоффер уже там. Сидит, высоко закинув ногу на ногу, лодыжка балансирует на колене, ноги разведены широко в стороны. Уверенно устроился на шатком стуле.

– Привет, Сара, как дела? – говорит он, поднимается и небрежной походкой направляется в кабинет. И идет без колебаний прямо к излюбленному креслу.

На первой встрече с пациентом стул служит своего рода лакмусовой бумажкой, я так проверяю всех новых пациентов. Пропускаю их в кабинет вперед себя. Молодые в большинстве ждут, пока я не приглашу их сесть, ждут, чтобы я как-то дала понять, которое из кресел предназначено для клиентов. Это же естественно. Кабинет мой, они в нем гости. Некоторые сразу спрашивают, куда им сесть. Некоторые же сами выбирают себе кресло, как Кристоффер. Придя сюда в первый раз, он на секунду задержался, приглядываясь к моим двум креслам, и выбрал для себя левое; опустился в него, закинул ногу на ногу. И все это с видом, будто кабинет принадлежит ему.

Сажусь на второе кресло. Так получается, что Кристоффер и Вера садятся на разные кресла, так что теперь я располагаюсь на сиденье, все еще сохраняющем тепло ее тела.

– Ну что, – говорит Кристоффер и оскаливает в улыбке все свои белые зубы, от моляров одной стороны до моляров другой, – я готов. Валяйте.

Он чуть ли не подмигивает мне; не подмигивает, но я не удивилась бы, если б подмигнул.

– Как у тебя дела, Кристоффер? – спрашиваю.

Стараюсь, чтобы это прозвучало нейтрально, дружелюбно, но сдержанно. Не хочу пойматься на его ухмылку.

– Ну как, – говорит он. – Да распрекрасно.

Надо сказать, что лицо, на котором сияет его внушительный оскал, покрыто легкой небритостью, что челка разделена на прямой пробор и ниспадает почти до самого подбородка; далее, что волосы выкрашены черной краской, а шею обхватывает покрытый заклепками ремешок, который я и хотела бы, но не могу охарактеризовать иначе как собачий ошейник. Кристоффер снял кожаную куртку и сидит в футболке, так что видны все татуировки у него на руках, а вокруг запястий и талии повязаны такие же ремешки с заклепками. Интересно знать, его вообще когда-нибудь кто-нибудь обнимает? Он парень красивый, привлекательный, а в роли аутсайдера выступает исключительно из-за того, что сам выбрал ее, и я полагаю, что если девушки и не увиваются вокруг него роем, то уж по крайней мере точно им интересуются. Но обнять его, утыканного этими заклепками?… Это же будто к ежу прижаться щекой.

– Как в школе? – спрашиваю я его.

– Нормально. Летаю по верхам, ха-ха. Но не падаю.