Правда, это правило не касалось тех, кто в дозоре и в секретах, но с ними уже разобрались люди Рихарда.
Когда они подобрались к открытому пространству, Рихард протянул Святославу плащ убитого половца. На плаще были видны пятна свежей крови.
– Зачем это? – хотел возмутиться Святослав.
– Для маскировки, – прошептал Рихард. – Если будем красться по лагерю, нас обязательно заметят. Так что пойдем не таясь. Я буду вести тебя под руку, как будто ты перебрал хмельного.
– А я не мелковат для воина? В глаза же бросается.
Германец злобно сощурил глаза.
– Делай, как я сказал, иначе возвращаемся назад.
Святослав нацепил грязный и вонючий плащ и двинулся за германцем. Так они вместе, вразвалку, да еще бурча невнятные ругательства, двинулись к центру лагеря. Как ни странно, никто их даже не окликнул. Немногие бодрствующие у костров только бросали на них затуманенные от дремоты взгляды и еще сильнее укутывались в плащи, защищаясь от порывов ветра. Найти юрту хана было не сложно. Это была единственная большая полукруглая юрта из белого войлока, обшитая шелковыми полосами. К тому же у входа в юрту стояло двое багатуров, в броне, которой мог бы позавидовать любой франкский рыцарь.
Святослав сразу как-то сник. Он, конечно, предполагал, что хана могут охранять, но вот дальше предположений его план не зашел. Вдруг Рихард со всей силы толкнул Романова, повалив его на землю. Вышло так, как будто Святослав сам упал с перепоя. Германец начал злобно браниться по-половецки. Сделал попытку поднять собутыльника, но сам же уронил его обратно на землю. Все это происходило шагах в семи от входа в юрту. Рихард, не предпринимая больше попыток поднять перепившего сопляка, начал пинать его почем зря. Святослав кряхтел и мычал, притом даже не пришлось притворяться. Было очень больно. Стражники сначала только ржали, подтрунивая над пьянчугами. Но потом один из них крикнул, чтобы Рихард отстал от парня. Это Святослав понял интуитивно. Но германец и не думал останавливаться, впав в пьяный кураж. Тогда багатур двинулся на пьяного воина. И в тот момент, когда он схватил его за плечо и развернул к себе, германец всадил ему в горло узкий стилет. А следующим движением перехватил его короткое копье и метнул во второго воина. С расстояния в семь шагов от пущенного копья не увернется даже мастер ниндзюцу. Да и бронь никакая не спасет, тем более что щит воин держал за спиной. Бросок получился неожиданным. Второй багатур не произнес ни слова, когда копье вошло ему в грудь. Святослав, как будто по наитию, бросился к пронзенному воину и прыгнул под него, не дав телу удариться о землю. Падение получилось мягким и тихим. Выбравшись из-под убитого, Святослав тихо извлек меч и шагнул за полог.
Внутри было просторно и по-восточному богато.






