Когда автомобили полицейских и Бенедиктова остановились у ворот, к ним подъехала белая «Нива», и из нее высадились Виктор Степанович вместе с супругой Тамарой Андреевной, их соседка Алла Павловна и Митрич, которым стало известно, что пропавшие дети побежали на Луковый остров; об этом им по телефону сообщила Нюра, пока ждала полицейских на дороге у насыпи.
В «Лучиках» внимание всех собравшихся привлекла старая женщина в черном балахоне, стоявшая на площади перед воротами. Она заявила, что смотритель лагеря Геннадий убит и ей известно, что его убийца – Бенедиктов Артур Романович. Женщина призналась, что вырубила Бенедиктова, ударив его по голове обломком бетона, и попросила полицейских как можно скорее надеть на него наручники, пока тот не очнулся и не удрал. Потом все услышали детские крики и помчались к реке, за исключением двух полицейских, которые остались, чтобы допросить женщину в черном.
Все это Тим узнал, когда спустя полчаса вместе со всеми собравшимися на берегу людьми отправился в обратный путь к центральным воротам и по пути пообщался с сотрудниками полиции. Он сообщил им информацию, касавшуюся дела Луковой ведьмы, которую ему удалось собрать за время своего расследования, а заодно передал им письма детей, найденные в овощехранилище, – все это время они лежали в его рюкзаке.
К тому времени, когда они подошли к воротам, над лагерем всплыла луна, огромная и красная, покрытая темными пятнами и похожая на чье-то лицо, раздувшееся от возмущения. Было еще достаточно светло, но сумерки сгущались прямо на глазах, размывая очертания зданий и силуэты людей, поэтому Тим не сразу узнал Артура Бенедиктова, который стоял на площади вместе с полицейскими и Федорой. Только услышав его голос, Тим решил к нему присмотреться и заметил браслеты наручников у него на запястьях. Для человека, пролежавшего много времени без сознания, Артур Романович неплохо держался на ногах. Однако вскоре выяснилось, что удар Федоры не прошел для него даром, он был явно не в себе: гримасничал, как блаженный, никого не узнавал, ничего не помнил, даже своего имени, и громко требовал, чтобы его отпустили, заявляя, что он очень спешит.
– Куда же вы спешите? – спросил его один из полицейских.
– Домой!
– И где ваш дом?
– На краю поля чудес, – ответил тот и, приставив к носу растопыренные ладони, покрутил ими, как Буратино.
– И кто вас там ждет? Мальвина? – ухмыляясь, пошутил полицейский.
– Нет, Василина! – возразил Артур. – Она любит васильки! – добавил он и по-собачьи высунул язык.
– Не верьте ему! – вмешалась Федора, потрясая в воздухе грязным кулаком.






