ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Судьба мира совершила фатальную ошибку, выбрав в «спасительницы» тех, кто привык качать права, кровь, охваты и икры: САМАНТА: Шьет пиратам дело за похищение. Капитан уже хочет сдаться властям (или ей). ... ХЛОЯ: Лечит смертельные проклятия антигистаминными. Наемник в шоке с ее медицинских талантов. ЛИВ: Приняла телепортацию за пранк. Требует матча-латте и жалобную книгу на орков у колдуна. РИТА: Приманила эльфийского принца велосипедом. В качестве навигатора. Вот они, героини, которых мир не заслуживал, но которыми был жестоко наказан!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— По каким признакам? Он же делал ровно противоположное тому, что должен был. Присматривал за мной, как старший брат.

— Рад за него, — сухо отозвался Зефирос и, наконец, перевернул книгу правильной стороной. — Но некоторым из нас воспитание еще мешает жить.

— Не вижу связи.

— Я заметил. — Он перелистнул страницу. — Ложись спать, Лив. Разговор окончен.

Ее логика казалась Зефиросу запутанным лабиринтом без единого указателя. В одних ситуациях она без задней мысли готова была делить постель чуть ли не с первыми встречными, а в других — внезапно сжималась и пугалась самого невинного прикосновения. И разгадать эту шараду умом было невозможно, оставалось полагаться только на интуицию.

— «Разговор окончен», — передразнила Лив, демонстративно натянув одеяло на глаза. — И вообще, почему это я тебя уговариваю? Твоя спина — твоя ответственность. — она сердито засопела. — Нет, серьезно... Всю жизнь смеялась над ромкомами, где двое взрослых людей устраивают трагедию из-за одной кровати. Думала: «Да не бывает такого. Просто ложитесь и спите». Беру свои слова обратно. Детский сад... ой.

Матрас рядом с ней прогнулся.

*110.2* Успех

*110.2* Успех

Лив прикусила язык, чтобы не выдать в сторону Зефироса делегацию ехидных замечаний, которая выстроилась в голове. А так хотелось подколоть его по поводу капитуляции принципов или отпраздновать победу здравого смысла.

Но стоит отпустить хоть одну шутку — и колдун гордо вернется на пол, а Лив этого не хотела. Его присутствие на расстоянии вытянутой руки ощущалось как четвертая стена в комнате. Если ее выломать — жить можно, но станет как-то неуютно и слишком открыто для других.

Мерное шуршание страниц подействовало как заклинание — оно убаюкало тревогу, и Лив решилась высунуть нос из-под одеяла. Повернувшись на бок, она увидела Зефироса: он сидел, прислонившись к изголовью, и продолжал увлеченно читать.

— О чем книга? — спросила она, устраиваясь щекой на подушке.

— Трактат о Хранящих Артефактах, — ответил он, не отрываясь от текста. Голос снова стал спокойным. — Редкое издание из эльфийских архивов.

— Хранящих?

Теперь он все-таки взглянул на Лив поверх книги.

— Именно. Содержат в себе магические потоки, воспоминания, частицы души... — Его взгляд переместился на посох в углу комнаты, а затем снова на книгу. — Одни служат резервуарами для силы. Другие берегут память о днях, которые уже не вернуть, или о людях, которых больше нет.

— Как мой кулон? — Лив приподнялась на локте и вытащила из-под ночной сорочки серебряную подвеску с камнем цвета позднего заката. — Помнишь, ты рассказывал про зал Воспоминаний в Башне? Я все-таки заглянула туда перед тем, как отправиться в путешествие.

Что-то подобное Зефирос смутно припоминал.