ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Чужой мир. Чужая семья. Чужое тело. Но если ты честен, верен данному слову и готов попробовать прожить еще одну жизнь - то стоит рискнуть. Благо, твоих знаний хватит, чтобы на равных потягаться с врагами. Потому что хоть это иная реальность, но люди остались те же. И значит, ему придется защищать близких, помогать друзьям и стоять насмерть, когда потребуется. Потому что аристократами становятся не только по праву рождения. Но и по праву совершить Поступок... Навь Евгений Юллем Чужой мир. Чужая семья. Чужое тело. Но если ты честен, верен данному слову и готов попробовать прожить еще одну жизнь - то стоит рискнуть. Благо, твоих знаний хватит, чтобы на равных потягаться с врагами. Потому что хоть это иная реальность, но люди остались те же. И значит, ему придется защищать близких, помогать друзьям и стоять насмерть, когда потребуется. Потому что аристократами становятся не только по праву рождения. Но и по праву совершить Поступок... Пролог Пролог Пик… Пик… И только мерное попискивание кардиомонитора, выписывающего причудливые зубцы кардиограммы и показывающего прочие медицинские параметры в палате, пропитанной едким запахом лекарств и еще более горьким запахом отчаяния, да еще ффухание аппарата искуственной вентиляции легких. На прикроватном стуле сидел сгорбившийся, осунувшийся, выглядевший стариком в свои пятьдесят лет мужчина, неподвижно глядя на утыканное иголками капельниц, окутанное заплевшемися змеями прозрачных трубок систем детское тело. Сын, его единственный сын лежал

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я взял его в руки, но как всегда, увидел тот сюрприз, что будет сопровождать меня здесь везде — на чемодане был выдавлен логотип «Путник». Ну а что удивительного, другой мир, другие фирмы.

Н-да, многообещающее начало. Уж не в камеру в подвале собирается меня закатать «папенька»? А то с чина такого ранга станется. Под присмотром старшего я собрал чемодан, побросав туда вещи из шкафа.

— Я готов.

— Пошли! — он подхватил кейс, и мы вышли из комнаты.

Мы прошли мимо неизменных телохранителей — что-то вся прислуга в доме, от горничной до кухарки состояла из одних молодых вооруженных мужчин, в другое время я бы над этим постебался — и вышли из дома. Вместо ожидаемого мной шикарного «Руссо-Балта» нас ожидал джип той же фирмы. Папа закинул кейс в багажник.

— Садись сзади, только ничего не трогай, а то могут быть проблемы. Отстрелишь еще что-нибудь себе.

Ладно, сзади так сзади. Я пожал плечами, и, открыв заднюю дверцу, залез на сиденье. Против, хотел сказать, обыкновения, но все обыкновение состояло из прошлого раза, кроме нас со Старшим в машине никого не было, только мы вдвоем.

Старший не проронил ни слова, так мы и ехали в полном молчании. А куда же он меня везет? Вот указатели «Петергоф», но здесь мы не остановились, а поехали дальше. А что там дальше? Я довольно смутно представлял себе географию Ленобласти. Дальше — к северу Сосновый Бор, где я был один раз по служебной надобности на АЭС, а по левую руку будет Копорье, старая крепость еще аж тринадцатого века…

Но мы не свернули ни туда, ни туда. У какого-то неприметного разъезда джип свернул с трассы на грунтовку и бодро запрыгал по колдоебинам проселочной дороги, ведущей к какому-то очередному хвойному бору. Так джип, переваливаясь, словно хромая утка, доехал по раздолбанной в хлам дороге до какой-то деревеньки из нескольких дворов.

Граф остановил машину у единственного дома с признаками обитаемого — подновленные наличники, чистые стекла, ухоженное крыльцо.

— Сиди пока в машине и дожидайся меня, — граф спрыгнул из передней двери, и, бодро помахивая брелоком с ключами и сигнализацией на пальце, пошел к дому. Да, на что это похоже? Да ни на что, на обычный старый деревенский дом. Только вот кое-где ставни странные, составные, а единственное подъездное место к дому, на котором мы остановились, уж очень хорошо попадает в сектор обстрела из трех окон разом. Загородная база? Возможно. Зачем меня привезли? Не знаю. Подождем, посмотрим. И да, я понял, о чем до этого говорил граф — утопленные заподлицо в необычно толстых, явно бронированных сидениях дверки намекали, что за ними прячется небольшой арсенал. Ну раз меня просили никуда не лезть — и не будем, это явно часть проверки.