ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Чужой мир. Чужая семья. Чужое тело. Но если ты честен, верен данному слову и готов попробовать прожить еще одну жизнь - то стоит рискнуть. Благо, твоих знаний хватит, чтобы на равных потягаться с врагами. Потому что хоть это иная реальность, но люди остались те же. И значит, ему придется защищать близких, помогать друзьям и стоять насмерть, когда потребуется. Потому что аристократами становятся не только по праву рождения. Но и по праву совершить Поступок... Навь Евгений Юллем Чужой мир. Чужая семья. Чужое тело. Но если ты честен, верен данному слову и готов попробовать прожить еще одну жизнь - то стоит рискнуть. Благо, твоих знаний хватит, чтобы на равных потягаться с врагами. Потому что хоть это иная реальность, но люди остались те же. И значит, ему придется защищать близких, помогать друзьям и стоять насмерть, когда потребуется. Потому что аристократами становятся не только по праву рождения. Но и по праву совершить Поступок... Пролог Пролог Пик… Пик… И только мерное попискивание кардиомонитора, выписывающего причудливые зубцы кардиограммы и показывающего прочие медицинские параметры в палате, пропитанной едким запахом лекарств и еще более горьким запахом отчаяния, да еще ффухание аппарата искуственной вентиляции легких. На прикроватном стуле сидел сгорбившийся, осунувшийся, выглядевший стариком в свои пятьдесят лет мужчина, неподвижно глядя на утыканное иголками капельниц, окутанное заплевшемися змеями прозрачных трубок систем детское тело. Сын, его единственный сын лежал

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Там, где нормальной охраны не было, где крутили разные мутные схемы с уходом от налогов и продажей фальсификата. Чуток пускали финансовую кровь тем, кто сто раз подумает, стоит ли бежать жаловаться властям. Ну и держались подальше от любых клановых заведений, за которыми стояли семьи с родословной. У этих дело принципа любое жулье к ногтю прижать, даже если потери копеечные.

Но сегодня Мартын предупредил, что есть возможность сорвать реально серьезный куш. Мало того, даже выплатил по сотне рублей обоим боевикам и сообщил о будущем авансе.

— Нас приглашают поучаствовать в серьезном замесе. Одного слишком зарвавшегося козырного дядьку ведут к аресту. Сейчас собирают компромат окончательный, бумаги согласуют. Но через месяц сразу все его семейство накроют. Сроки там обещают чуть не пожизненные. Ну и для того, чтобы родня не успела барахло попрятать, конкуренты в гости нагрянут.

— Мы с этого что получим?

— Пятьдесят косых на нос. Шпане нашей, кто обычно на подхвате, по штукарю на рыло. Главное, для нас никаких траблов не будет ни во время дела, ни после. Хозяина усадьбы, куда заглянем, как раз повяжут с утра. После обеда по основным его конторам пройдут, руководство сменят. А поздно вечером наш заказчик в домик хочет уже со своими ребятами войти. Охраны почти не будет, но на всякий случай решили подстраховаться. Наше дело — пошуметь на задворках. Вот общий план, куда заглянем. Постреляем по сараям, которые там рядом с оградой торчат, пару гранат бросим, бутылки с «коктейлем Троцкого». Минут пять шухера — и рвем когти. Ни с кем воевать не надо. Только пугануть, чтобы отвлечь внимание остатков охраны, пока клиент с другой стороны к ним поближе подберется.

Поводив пальцем по криво отрисованному чертежу, Петр постучал грязным ногтем по краю листа:

— А это что? Прямой дороги до нужного забора нет?

— Это халупа, где один старик живет. Если вокруг ехать, то в блокпост упираемся, который на въезде в поселок стоит. Нам там светиться смысла нет. Прошли вот здесь, по саду и кустам, здесь улочку перемахнули и на месте. Мало того, никто гостей с этой стороны не ждет. С нами двоих обормотов еще пустят, которые любую сигналку вскроют и безопасную дорожку проложат.

— Старик — это проблема. Вдруг вылезет?

Мартын начал заводиться:

— Тебе до него какое дело? Ну, вылезет. Ему от порога до кустов почти сто шагов надо пройти. А он еле с палкой своей ковыляет. Видел я его, когда с утра сегодня на место приехал, своими глазами все оценить. Старая перечница еле ползает, делать ему будет нехер, как нас по углам щемить. Особенно, когда пальба начнется. Так что не менжуйся, никто тебя не спалит и обратно не помешает спокойно уйти.

Иван, так же сумрачно разглядывавший листок, попытался объяснить:

— Не, мы не соскакиваем.