ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Влюбляться надо уметь. Аня Лиховицкая этим умением явно не обладает влюбилась в симпатичного незнакомца, а в результате — гора трупов и море неприятностей. Незнакомец оказался ох как непрост, и теперь трое владельцев казино «Олимпия» подозревают Аню в причастности к ограблению их заведения. Вот и приходится ей создавать любовный четырехугольник, дурачить владельцев «Олимпии», надеясь избежать их кары. Игра рискованная, тем более что эта троица не лыком шита, особенно Марат — редкостный мерзавец. Вдобавок Аню похищает тот самый симпатичный незнакомец, а вызволяет ее из плена Марат. Час от часу не легче. Ставки растут, и Аня идет ва-банк: сообщает Марату, что она беременная от него…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ты потолковее объясни, — попросила Лерка.

— Чего тут объяснять? То он меня любит и готов достать луну с неба, то вдруг начинает придираться.

— А в чем суть его придирок?

— Не верит он мне. Подозревает, что я готова крутить любовь с кем попало, а к нему равнодушна.

Так и говорит: сплошное коварство и притворство.

А все ты. Если бы не твои дурацкие директивы, он бы считал меня порядочной девушкой, а теперь…

Я даже представлять не хочу, кем он меня считает.

— Да, — поскребла затылок Лерка. — С этим надо что-то делать.

— Что тут сделаешь? — вздохнула я и даже носом зашмыгала, готовясь разреветься.

— Чтобы избавить человека от одних мыслей, ему надо внушить другие, — глубокомысленно изрекла Лерка. — Он мог нам уже давно шею свернуть, но терпит, а почему? Потому что мне шею не свернешь без того, чтоб и тебя не подставить, следовательно, чувства у него к тебе серьезные, что хорошо.

Их надо укрепить.

— Замечательно. И как мы их укреплять будем? — проявила я интерес.

— Ничто так не сплачивает влюбленных, как дети. Это так трогательно — маленькое существо, которому мы даем жизнь. — Лерка вдруг заревела, а я растерялась.

— Хочешь кого-нибудь усыновить? — спросила я.

— Обо мне ли сейчас речь? В общем, так: ты ждешь ребенка.

— Я? Да ты спятила. Зачем мне ребенок? Я не хочу иметь детей от этого сумасшедшего и не готова стать матерью. А потом, я не беременна. —, — Но он-то об этом не знает. Главное со сроком не напутать. Мужчины такой народ, начнут на пальцах высчитывать…

— Лерка, — грозно начала я, но тут Сашок вновь нас поразил:

— Это мысль. Он клюнет.

— А ты вообще молчи! — рявкнула я.

— Аня злая, — загундосил он.

— Не надоело тебе придурка из себя строить?

— Оставь Сашуню в покое. И сосредоточься на деле. Просто так сообщить ему об этом не годится, все должно быть с легкой драматической окраской, чтобы за душу брало.

— Начинается, — закатил глаза Сашок.

— Молчи, чудовище. Если она просто скажет:

«Марат, я беременна», — что он, по-твоему, ей ответит?

— Не знаю. Лично я бы на ней женился.

— Я тебе женюсь. Распоясался совершенно. Марат еще больше углубится в ненужные мысли. Все мужики придурки, — возвысила она голос, обращаясь к Сашуне. — Короче, надо его разжалобить.

В тот же вечер мы начали осуществлять очередной гениальный замысел. Лерка предложила отправиться в ресторан. «Поужинаем по-семейному, раз уж теперь прятаться мне глупо», — сказала она, на что Марат насмешливо улыбнулся, но в ресторан пошел. Мы выпили, я поспешно вскочила и бросилась в туалет, где и просидела минут пятнадцать. Намазала лицо кремом зеленоватого цвета, после чего приобрела нездоровую бледность и вернулась за стол.

— Ты что, плохо себя чувствуешь? — заботливо спросила Лерка.

— Нет, все нормально.