Вы верный боец партии, который трудится не покладая рук даже несмотря на то, что никаких выдающихся успехов добиться никогда не сможет. Честность, трудолюбие, преданность. Многим старшим командирам эта сторона вашей личности не ясна и не понятна. Но в нашей весьма непростой обстановке она намного важнее любого взбалмошного гения. — Наступила непродолжительная пауза, после которой Тухачевский продолжил. — Именно ваш пример меня и заставил прийти сегодня сюда, чтобы покаяться. Именно для этого я и попросил товарища Сталина, чтобы вы присутствовали на нашей встрече. Спасибо вам огромное, — сказал Михаил Николаевич и чуть кивнул головой. На Ворошилова было больно смотреть от раздирающих эмоций.
— Товарищ Тухачевский, все равно я вас не понимаю, почему вы пришли ко мне? — Продолжил разговор Сталин, не давая ему уйти в ненужное русло. — Вас заела совесть? Не поверю. Кроме того, вам ничего не мешало выехать из Советского Союза. Вы достаточно известный человек и смогли бы неплохо устроиться в буржуазных странах. Не понимаю. Вы умышленно пошли сюда с тщательно расписанными показаниями и просьбой вас расстрелять. Зачем?
— Если бы я просто так пришел или подбросил сведения, то вы бы, товарищ Сталин, мне не поверили. А так я кладу свою жизнь в качестве доказательства.
— Почему вы решили, что заговор провалится?
— А я и не говорил о том, что он провалится. Скорее, напротив. Я убежден в том, что все так или иначе будет реализовано. Именно по этой причине я и пришел к вам. Чтобы предотвратить.
— Я вам не верю, — пристально смотря в немигающие глаза Тухачевского, тихо сказал Сталин.
— Именно по этой причине я прошу вас, меня расстрелять. Признательные показания в папке. На суде я их подтвержу. Я ввязался в эту грязь и мне ее необходимо распутать.
— Мне кажется, что вы просто хотите умереть, чтобы сбежать от чего-то.
— Это верно, но отчасти. Я при любом развитии событий не жилец. Меня не спасло бы даже бегство, потому что Троцкий не станет меня пускать в свой огород. Я для него отработанный материал, который слишком много знает. Не верите мне?
— Не верю. Вам ведь ничто не мешало продолжить начатое и через год-два, устроив военный переворот, занять пост наркома обороны. Что вас спугнуло?
— Ничего не спугнуло. — Улыбнулся Тухачевский. — Я просто понял, что мои амбиции могут под собой похоронить дело всей нашей партии.
— Вот правильно все говорите, но все равно не верю. Вы очень изменились. — Сталин немного помолчал и снова задал свой вопрос. — Почему вы пришли именно ко мне?
— Из-за Клима. Честно. — Тухачевский смотрел в желтые глаза Сталина немигающим взглядом.
— Страшный вы человек, Михаил Николаевич, — спокойно произнес товарищ Сталин, смотря Тухачевскому прямо в глаза. — Взяли и ни за грош продали своих товарищей.






