ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Здесь будет третья книга. Пока только займу место, а сам текст чуть позже. Но будет обязательно. Цесаревич Вася – 3 Сергей Шкенев Здесь будет третья книга. Пока только займу место, а сам текст чуть позже. Но будет обязательно. От автора От автора Сергей Шкенёв «Цесаревич Вася Книга 3» От автора: Не знаю, нужно или нет напоминать о произошедших в предыдущих двух книгах событиях, но всё равно на всякий случай напомню. Если вам это не интересно, то просто пропустите эти страницы и не тратьте на них драгоценное время. До Крымской войны история этого мира ничем не отличалась от истории нашего мира, и шла по накатанной колее. Осада Севастополя, битва при Альме, затопление русского флота… Но случилось так, что всё изменилось в один день — командир французского пароходо-фрегата из озорства и присущей этой нации легкомысленности приказал сделать залп из восьми двадцатичетырёхфунтовых орудий по громадине Кара-Дага. Просто так, без всякой цели и всякого смысла, только лишь исходя от желания. Чугунные ядра ударили в древние камни, частью раскололись, частью взорвались, а частью бессильно отскочили, и удовлетворённые французы отправились дальше. И никто не ведал, как из образовавшейся микроскопической трещины на волю из недр потухшего вулкана стала сочиться неведомая и невидимая субстанция. Газ или не газ, эфир или не эфир… Позднее её и назовут источником эфирной энергии. Так в мир пришла магия. Русские войска в Севастополе первыми обнаружили в себе новые способности. Потом, когда источни

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Да, вы правы, Анастас Иванович, Куба — это Куба! — Николай Романов щёлкнул гильотинкой, отсекая кончик сигары. — Надо бы как-нибудь при случае съездить туда. Кто побывал, тот хвалит.

Микоян пыхнул клубами дыма и кивнул:

— Тоже такие мысли появляются. Там, говорят, шикарные пляжи и сговорчивые мулатки… Кстати, если у нас всё правильно получится с Большой Игрой, до денег хватит на покупку всего остова в личное пользование. Возьмём на двоих, вы как?

— Американцы взвоют.

— А мы охрану наймём, всё же частное владение, и там можно делать всё, что заблагорассудится.

— Имеете ввиду российскую военно-морскую базу?

— И несколько дивизий морской пехоты с соответствующими десантными средствами. Думаю, что недорого обойдётся.

— Я поговорю с Иосифом, — согласился Николай Александрович. — Но уже после того, как станет ясно, что наша игра получилась.

— Не откажет?

— С чего бы отказывать? Всё для дома, для семьи… Василию свою долю подарю, пусть оттуда летает Майами и Новый Орлеан бомбить. Замечательный такой непотопляемый авианосец.

— Авианосец это…

— Видел проект корабля-аэродрома для аппаратов тяжелее воздуха. Но это секрет, Анастас Иванович!

— А тут и плавать никуда не нужно, — сообразил Микоян.

— Именно так.

Микоян чуть задумался, и удовлетворённо кивнул сам себе. Как же правильно он сделал, разрешив Степану пойти на службу в авиацию. Вот что в ближайшее время будет стремительно развиваться, а так как специалистов пока нет, то умный, храбрый и решительный человек имеет все шансы сделать головокружительную карьеру, став генералов лет в двадцать пять. Стёпка как раз из таких людей, если без ложной скромности сказать.

— Балуете вы старшего внука, Николай Александрович, — заметил Микоян, сделав глоток кофе. — Не боитесь вообще разбаловать?

— Нет, не боюсь, — засмеялся Романов. — Человека, ставшего генерал-майором авиации в четырнадцать лет невозможно разбаловать, так как это уже сформировавшаяся личность. Медными трубами испортить можно, тут спорить не стану, но тоже не в этом случае. Знаете, Анастас Иванович, смотрю я иной раз на Василия, и жутко ему завидую. У него есть всё то, чего не хватало мне в его возрасте. Да честно признаться, и до сих пор не хватает. Это решительность, способность отстаивать свои убеждения и воплощать их в жизнь… много чего.

— Да, вот так живёшь, и вдруг в один прекрасным момент замечаешь, что дети внезапно стали взрослыми.

— Именно внезапно, Анастас Иванович. Мне вообще с недавних пор кажется, что в Василии поселился ещё один человек. Хороший, добрый и опытный, но чуть другой. Почему так кажется, объяснить не могу, но чувствую, и всё тут.

Микоян отложил дымящуюся сигару на край пепельницы и опять потянулся за коньяком:

— Предлагаю выпить за детей и внуков.