ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кровь — не вода, а кровные узы — не пустой звук. Всё говорит о том, что смерть брата была случайна, но Кейн рода Лейми не верит этому и не успокоится, пока не докопается до истины. Кинжал, удавка, яд — Кейн не ограничивает себя в выборе средств, он отыщет убийцу брата во что бы то ни стало. И лучше не становиться у него на пути. ... Повесть «Кровные узы» является прямым продолжением романа «Повязанный кровью». Кровные узы Павел Корнев Кровь — не вода, а кровные узы — не пустой звук. Всё говорит о том, что смерть брата была случайна, но Кейн рода Лейми не верит этому и не успокоится, пока не докопается до истины. Кинжал, удавка, яд — Кейн не ограничивает себя в выборе средств, он отыщет убийцу брата во что бы то ни стало. И лучше не становиться у него на пути. Повесть «Кровные узы» является прямым продолжением романа «Повязанный кровью». Пролог Пролог Никогда не стоит забывать о вежливости. Никогда и ни при каких обстоятельствах. В детстве наставники вбивали эту нехитрую истину, не жалея розог, и, надо сказать, в итоге их усилия принесли свои плоды. Быть может, мои манеры иной раз и оставляли желать лучшего, но никто не мог назвать меня грубияном. И никто меня так не называл. Подонком и выродком — случалось, грубияном — никогда. Мной двигал простой расчёт: будь вежлив с людьми, и люди будут вежливы с тобой. И даже если нет… Лично ты ведь постарался, чтобы сегодня все вернулись домой, верно? Итак, я о вежливости никогда не забывал и потому сказал: — Благодарю, Свин, ты мне очен

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— На кой ляд тебе понадобилось его убивать? — с некоторой даже ленцой поинтересовался громила.

— Я обещал лёгкую смерть, если он ответит на мои вопросы. Он ответил.

— Твои обещания не стоят выеденного яйца! — объявил верзила. — И не заливай о человеколюбии, плевать тебе на всех остальных.

— В чём-то ты, без сомнения, прав, — со смешком подтвердил я и всё же счёл нужным пояснить свой поступок: — Мертвецы не преподносят сюрпризов, друг мой, а от живых никогда не знаешь, чего ожидать. Так спокойней.

— Боялся, местные узнают о твоём интересе? — догадался громила. — Думаешь, они всё же причастны? Этот ничего не знал…

— Неважно! — резко бросил я. — Это не их дело. И не твоё. Вздумаешь вмешаться, сделке конец. И виноват в этом будешь ты и только ты.

— Если ты ведёшь какую-то игру…

— Веду, разумеется! Но вас это не касается. Мы заключили соглашение, его и будем придерживаться.

От запаха крови сделалось не по себе, начало мутить, внутренности затянуло узлом. Очень быстро боль растеклась по всему телу, во рту появился металлический привкус. Я подкинул щепы в почти угасший костерок посреди комнаты и принялся раскалять над неровным пламенем клинок ножа.

Громила смерил меня задумчивым взглядом и раздражённо спросил:

— Ты бы мог не дымить этой дрянью при мне?

— Не мог, — спокойно ответил я и посыпал на раскалённый нож мелко-мелко наструганный чёртов корень.

Дерево зашипело и закурилось лёгким дымком, я сделал глубокий вдох, втягивая в себя дурман, и на миг словно провалился в бездонную яму. Сразу стало легко, по спине побежали мурашки. Миг спустя оцепенение отпустило, и вместе с ним оставили боль и омерзительное желание упасть на четвереньки и напиться из лужи натёкшей на пол крови.

Хорошо! Чертовски хорошо вновь почувствовать себя человеком!

А потом воздух рассёк лёгкий шелест, что-то ударило меня в грудь и сбило с ног. Звякнула сталь, рёбра обожгло болью, и я скорчился на полу. Но сразу пересилил себя и откатился к стене, под окна. Посреди комнаты осталась валяться короткая стрела с широким листообразным наконечником.

Бугай даже с места не сдвинулся, продолжая оставаться в тени.

— Проклятье! — прохрипел я. — Чего ты стоишь? Помоги!

— Кольчуга не пробита, ведь так? — резонно отметил верзила, осторожно смещаясь к двери. — Соберись, чёрт тебя дери!

Я со стоном поднялся сначала на колени, а потом и на ноги, прижался спиной к стене и высвободил из-под плаща короткий, лишь немногим длиннее локтя, обоюдоострый меч.

— А если сломаны рёбра?

— Брось! Эльф выбрал неправильный наконечник.

— Эльф? — переспросил я, присмотрелся к оперению стрелы и озадаченно протянул: — Эльф!

— И это неплохо, — проворчал верзила, выглядывая в коридор. — Тени попытались бы добить, а остроухий давно удрал.