Я не знал… можно ли касаться некоторых тем и…
– Иными словами, мой друг, вы просто не поняли, во что, выражаясь по-русски, вы влипли?
– Да.
– Но ведь в полученном вами предписании было недвусмысленно указано, что по всем, я подчеркиваю, по всем, вопросам вы поступаете в мое распоряжение? Уже из этого можно было бы сделать вывод о том, что высшее руководство прекрасно осведомлено о том, куда и к кому направляется ваше подразделение.
– Да, герр оберст…
– Гауптман, Иоганн! Гауптман! Оберст Кранц сейчас в Берлине. А здесь присутствует гауптман Кранц, незаметный офицер службы тыла. И ваше подразделение не команда специального назначения, а взвод службы охраны тыла вермахта. И так продолжится до того времени, пока я не сочту нужным изменить это положение дел.
– Яволь, герр гауптман!
– Вот так, обер-лейтенант. И, дабы окончательно устранить все ваши сомнения, скажу. Мое место, Иоганн, не в Берлине. А там, где есть задача, требующая моего личного участия и руководства. Оттого здесь присутствуете и вы. Да и не только вы, тут есть еще много лиц, чье появление в истинном облике в настоящий момент преждевременно.
– Я понял, герр гауптман. Готов выполнить любое ваше приказание.
– Ну уж в этом-то я и не сомневался ни минуты! Однако, мой друг, вернемся к делу. Ваши потери в результате операции?
– Мои или общие?
– И те, и другие.
– Убитыми мы потеряли четырнадцать человек. Из спецгруппы – шесть. Ранено семнадцать человек. Из состава спецгруппы – пятеро. Из них двое – тяжело.
– Плохо, обер-лейтенант! Плохо!
Леман вскочил и вытянулся по стойке смирно.
– Виноват, герр гауптман!
– Садитесь. Вы получите пополнение. Завтра же. Группа выпускников спецкурса прибудет в ваше распоряжение уже к обеду. Это опытные солдаты, за их плечами не один бой. До получения приказа выход в лес отменяется. Учеба и тренировка, вы меня поняли?
– Яволь, герр гауптман!
– Далее. Ваше мнение о разведгруппе противника?
– Состав – семь человек. Два радиста. В результате операции уничтожено шестеро. Пять человек – наша работа, одного подстрелили солдаты комендантской роты. Один русский еще где-то скрывается. Ведется его поиск.
– Так. Ваши солдаты в этом принимают участие?
– Никак нет, герр гауптман! Таково было ваше указание.
– Хорошо. Местная полиция принимала участие в операции?
– Так точно! Мною было сделано замечание старшему полицейскому наряда.
– За что?
– Он произвел выстрел в воздух во время эвакуации населения из деревни. Это могло поставить под удар всю операцию.
– Замечание? Не узнаю вас, обер-лейтенант!
– Я дал ему по морде.
– Вот это уже ближе к истине, Иоганн! Правильно поступили! Как по-вашему, можно ли рассчитывать на то, что полицейские будут молчать о характере проводимой операции?
– Откровенно говоря, герр гауптман, сомневаюсь.






